Грехи отцов

Она смолкла, о чём-то задумавшись, а Филипп не смел нарушать паузу.

– У вас редкое имя, – проговорила она, наконец. – Вы не француз?

– Нет, Ваше Высочество. – Он улыбнулся. – Моя матушка была из рода Колычёвых, а родился я девятого января, в день поминовения святителя Филиппа[34 - Святой Филипп – епископ Русской церкви, митрополит Московский и всея Руси с 1566 по 1568 год, известный обличением злодейств опричников царя Ивана Грозного, происходил из старинного дворянского рода Колычёвых.]. Рождение моё тяжело далось матушке.

– Имя красивое, вам под стать, и история трогательная, – улыбнулась Елизавета.

У Филиппа загорелись щёки. Его одолевало ощущение нереальности происходящего. Так бывает иногда во сне, когда спишь и знаешь, что всё сон, и смотришь виде?ние, будто сказку.

– Сколько же вам лет?

– Девятнадцать.

– И чем вы занимались в заграницах?

– Изучал науки, Ваше Высочество.

– Изрядно преуспели?

– Судить не мне, – Филипп потупился, – но учителя были довольны.

– Что же вы постигали?

– Языки, астрономию, географию, математику.

– Чем собираетесь заниматься далее? – спросила она по-французски.

– Служить Вашему Высочеству, – так же по-французски отвечал Филипп, невольно отметив, что этот вопрос ему сегодня задают уже в третий раз.

Елизавета кокетливо блеснула глазами.

– Я бы, пожалуй, взяла вас на службу, князь, да не могу. Моим двором распоряжается граф Остерман.

– Это неважно, – вдруг неожиданно для себя самого серьёзно проговорил Филипп, с восхищением глядя на неё. – Если у Вашего Высочества появится нужда в преданном всей душой человеке, буду рад отдать жизнь за Ваше Высочество!

Лукавая улыбка сошла с лица цесаревны, взгляд стал внимательным и острым:

– Я запомню ваши слова, сударь.

Между тем тропинка вывела на обширную поляну, где стояли приземистые деревянные строения, конюшни и несколько экипажей.

– Ну, вот мы и пришли. – Она взглянула на Филиппа. – Найдёте обратную дорогу? Ваша карета, должно быть, у восточного въезда.

Филипп замялся, и Елизавета Петровна правильно поняла его замешательство.

К ним уже бежали егерь и прислуга.

– Возьми лошадей и проводи князя к восточному въезду, – приказала она подоспевшему егерю, улыбнулась на прощание Филиппу и в окружении слуг направилась к одному из экипажей.