Наш идеальный брак

Я вам позвоню.

Господи, помилуй, Господи, помилуй, Господи, помилуй…

Глава 1

Религия вошла в мою жизнь, когда мне было пятнадцать лет. Вернее, мы с мамой и раньше на Крещение ходили в церковь за святой водой, а на Пасху – освящать куличи. Но после того, как отец ушёл к беременной любовнице, мама начала ходить в церковь каждую неделю – в субботу вечером и в воскресенье утром. Сначала молилась о возвращении заблудшего мужа, потом – о прощении его Богом. Вскоре мама стала по полтора часа по утрам и вечерам читать молитвы, в том числе – от нечистой силы.

И всё чаще я слышала дома имя отца Иоанна. Человека, которому предстояло сыграть большую роль в моей судьбе.

– Он такой светлый, – с восторженным блеском в глазах повторяла мать. – Святой человек, всё для храма делает, после службы задерживается каждый раз, часами с людьми разговаривает. Никого вниманием не обойдёт, всех наставит, всем совет даст. Он ещё беседы по воскресеньям ведёт, давай мы с тобой сходим послушать. Тебе будет интересно.

Мать настаивала, и в итоге я сначала пошла с ней на беседы, а потом и на церковные службы. Отец Иоанн – интеллигентный мужчина лет сорока – убедительно рассказывал о грехе, о праведности, о душе, о жизни по заповедям и о том, какой должна быть православная семья. Говорил он вроде всё правильно, с заповедями не поспоришь. Только я и сама не поняла, когда меня лишили тех развлечений, которые были в порядке вещей для моих ровесников. Мать взялась следить за моей душой и жизнью и всячески оберегала меня от всего, что считала мирскими соблазнами

Новогодний вечер в школе? Ни в коем случае, сейчас пост идёт, нечего плясать и веселиться.

Пойти с классом в театр или кино? Ещё не хватало какую-то бесовщину молодёжную смотреть! Посидеть после школы в кафе с подружкой и съесть пару пирожных? Нельзя, денег и так нет, мама отцу Иоанну на купол для храма пожертвовала и ещё собирается со следующей зарплаты добавить.

– Мам, у меня сапоги протекают, – не выдержала я. – Может, купол и без тебя поставят?

– Вот у отца своего денег на сапоги и попроси! – отрезала мать.

 – Раньше вообще десятину на храмы отчисляли, а сейчас – кто сколько может. Я эти деньги зарабатываю, мне они тяжело даются, так что я сама решу, кому и на что дать.

– У отца Иоанна «бмв», – напомнила я. – Может, логичнее, если он будет платить эту самую десятину?

Мать суетливо перекрестилась, затем начала крестить воздух в мою сторону, бормоча молитву против нечистой силы.