Сердце жизни. Книга шестая

Может он будет к ней добрее после этого? Ведь иногда он ей отказывал.

– Много ты понимаешь, – процедила Нира, – твоя мать накосячила. Причём крупно. Он её долго прощал, а она глупила ещё сильнее – теперь будет бегать за ним всю жизнь, пока он совсем её не возненавидит.

У мамы появилась улыбка на губах, стоило Варгу позвать её. Глаза так и горели, в то время как сама она бежала ко входу за ним, едва ли не подпрыгивая.

– А он её больше не примет – он принципиальный, а она умом не страдает, – пожала плечами висталка.

– Ты просто ревнуешь, – встала на защиту матери я.

Та хмыкнула.

– Никто и не отрицает, – простой ответ.

А между тем к нам приблизился Фил, и начался бой между моими родителями – звучало это так же странно, как и выглядело, потому как для отца, очевидно, это было больше мерой наказания мамы, в то время как она была практически в восторге, раз за разом получая от него звездюли и катаясь своими прекрасными воздушными одеждами в пыли.

– Он её бьёт, – я оглядела поджатые княжеские губы.

– Если ты хочешь, чтобы я это прекратил, то вопли твоей прекрасной мамочки я отпущу на твою участь, – прохладно ответил мужчина, – она успевала вывести меня из себя за условные пятнадцать минут каждый день, что я проводил в стае.

Я поджала губы.

– Вы всё врёте, – сообщила им двоим.

Они оба промолчали.

– Ты сказала, что мама что-то сделала, – не выдержала я, – из-за чего он теперь её не любит. Она украла меня?

Я заинтересованно вперила в женщину взгляд, игнорируя удары и вскрики мамы.

– «Теперь её не любит»? – рассмеялась она, – а он её вообще когда-нибудь любил? Это же Варг! Он любил только себя, тебя и Эллу. Поговаривают, что Верховная даже беременна от него была, пока не умерла. Остальных он ненавидит точно так же, как и Риайю.

Она выдохнула с шумом и насупилась.

– А насчёт кражи тебя, то её косяк был намного раньше твоего первого слова, – она приподняла бровь, когда мама вновь бухнулась о землю и проехалась почти до нашего столба, – пойду я.

– Мам, я кушать хочу! – решила спасти её я.

Нира в этот момент уже шагала подальше от центральной площади, покачивая бедрами и что-то подпевая себе под нос. Рая же не отреагировала – бросилась в атаку на отца, отправившего её в полет ударной волной, даже без физического воздействия, как до этого. После чего направился в мою сторону, ревностно снял меня с ограждения, посадил на плечо и понёс в сторону центрального шатра.