101 стих. Сборник

По ещё не остывшим следам

На снегах атлантических далей.

По расщелинам и по лесам,

Пробираясь в покой белых спален.

По шипящим углям под дождём,

Босиком без зонта шаг за шагом.

С белизною за чёрным виском,

По канату идёт над оврагом.

Кто – то скажет назло: «Не возьмёт!»

И под скальпель хирурга ложится,

Но от старости он не уйдёт,

Всё равно всё однажды свершится.

Он до любви своей шагал

Он до любви своей шагал,

Как до звезды, что в небесах.

Он тыщи каблуков стесал,

Он замерзал на полюсах.

Сбивали с ног его ветра,

Дожди стегали по глазам.

Но от утра и до утра

Он был живуч, он был упрям.

И бездна скалила глаза,

Звала погибель на постой.

Но верил он, над головой

Она ведёт его звездой.

И вот уже достать рукой,

И всё бы вроде позади,

Но отрешенный взгляд пустой

И шёпот тихий: «Отпусти!

Я как река, в которой пыль,

Не прорастёт там и ковыль,

Всю воду выпили, прости,

Ты слишком долго был в пути».

Судьбы ретивый конь

Судьбы ретивый конь несёт меня куда – то,

Не подчиняясь ни хлысту и ни узде.

Галопом на пожар багряного заката,

К упавшей с высоты обугленной звезде.

А в спину мне упрёк, мол, так тебе и надо,

А впереди – жара, а по бокам – туман.

И призрачная даль за занавеской смрада,

И голубая высь, и зрительный обман.

Подошвы в стремена впились, пустили корни,

Мне выпасть из седла получится едваль.

Я всё забыл, но ты, ты не забудь, ты помни,

Как нас двоих венчал убитый счастьем май.

Не повернуть назад, не сделать остановку,

Я в гриву скакуна вцепился пятернёй.

Хрипит он, но летит через барьеры ловко

Сквозь ветры и дожди стремительной звездой.

А может этот бег не так уж и напрасен?

Конь подо мной пока я всех живых живей.

Пускай шальной галоп, пускай маршрут опасен,

Мне захотелось вдруг, чтоб путь был подлинней.

Воют волки в дремучем лесу

Воют волки в дремучем лесу,

Ну, зачем они воют проклятые?

Словно водят по горлу косу,

Душегубы седые, косматые.

Мне ещё не к лицу белизна

И холодная, мёртвая мимика.

Что ты скажешь на это, весна?

Чем порадуешь грустного лирика?

Кони жизни хрипят у ворот,

Прикусив голоса свои сивые.

Им воды бы испить и вперёд

Понесутся как прежде ретивые.