Веселая жизнь

На пороге стоял Ян и плакал.

– Ну что ж ты мой сердечный! – Александра Федоровна обняла его, – пойдем, я тебе книжку почитаю.

Савва Леонтьевич подождал двадцать минут. Встал, оделся, заглянул в комнату Яна. На кровати лежали мать и сын, сын уткнул голову в плечо матери, оба мирно спали. Рядом лежала книжка, горел ночник.

Савва Леонтьевич вздохнул и ушел. Больше не приходил.

Александра Федоровна попереживала, но из головы не выходила фраза, брошенная возлюбленным: «Пусть мычит». Это ведь не теленок – это родной любимый сын, человек.

Новый год провели вместе с Яном, как обычно. Мать напекла пирожков с капустой, приготовила салат и курицу. Сидели перед телевизором и она, смотря на взрослого сына, думала, что никто им больше не нужен для счастья.

* * *

Автобус остановился на конечной. Пассажиры, все так же неодобрительно поглядывая на Яна, стали выходить. Александра Федоровна пропускала их вперед. К концу дороги сын начал нервничать, и мать боялась, что он в который раз станет размахивать руками, дергаться и может задеть кого-нибудь.

Вышли. Александре Федоровне казалось, что стоит сейчас свернуть с дороги, уйти в глубь города, как тут же заблудишься. Она не понимала, почему из крохотного городка все бегут сюда, в столицу.

– Ты глянь, Ян, сколько всего вокруг! – потянула она за рукав сына.

В ответ сын промычал: «МММ».

– Есть хочешь? Так давай зайдем.

Ян был толстым и неуклюжим. Он протиснулся в дверь кафе и, как мешок с картошкой, плюхнулся на диван.

– Готовы сделать заказ? – послышался приятный женский голос.

Ян посмотрел на девушку, оскалился и стал хлопать в ладоши.

Официантка с опаской посмотрела на него.

– Нам суп, картошку с гуляшом, хлеб и чай, – спокойно произнесла Александра Федоровна и мягко взяла сына за одну руку.

Он положил ладони на колени и стал бить себя по ним.

Через десять минут Ян уже открывал рот, а мать кормила его с ложки.

Она смотрела на него ласково. Если с его подбородка начинали стекать капли супа, вытирала их салфеткой.

Ян снова замычал.

– Тигренка дать?

– МММ

– Давай, давай его вытащим, – она достала из сумки потрепанную плюшевую игрушку.

Дело в том, что эту игрушку когда-то Яну подарил отец, и с тех пор он с ней не расставался. Однажды Александра Федоровна решила постирать тигренка, Ян тогда всю стирку голосил, плакал и истерил.