Игра в «Анкор». Ответ. Книга сороковая

Обычный день и жители посёлка

Запрятались в субботний свой досуг,

Хрустели под подошвами иголки,

А нам казалось, бродят толпы вкруг.

То были толки отдалённых празднеств,

Торжеств Октябрьских неумолчный пыл,

И пусть понять те формы мог не каждый,

Супрематизм им праздник приносил.

Взвивался лозунг: «Пусть назло буржуям,

Добьемся счастья мы когда-нибудь»,

Но впереди маячил неминуем

В двадцатый век тяжёлый крестный путь.

А здесь в тиши березы солнцем греты,

Ещё зелёной свежести в траве,

Блестят осины жёлтые монеты,

Как милостыня осени зиме.

С забытием расплата неизбежна,

Ведь с детских лет я это твёрдо знал,

У стен кремлевских выставки в Манеже

Квадрат как победитель гарцевал.

Досужие рассуждения о музее Василия Тропинина

Что ж, склонный к мифам он и антикам,

Стал век преданием седым,

Кто знает, и каким романтиком

В начале назван Золотым?

Потом через сто лет серебряно

Блеснет, кровавым самым став,

Вот знать бы, сколько нам отмерено

Других металлов для забав.

Ну хватит философий мнимых,

В моём стихе другой резон,

Какими тропами к Тропинину

Москва стремится на поклон.

Музей – он суть древлехранилище,

Коль создан, так тому и быть,

В нем очищение вы ищете,

Чтоб память сердца сохранить.

Он предназначен, чтоб для вечности

Застыть, коль жизнь должна спешить,

Нас защищая от беспечности,

Чтоб чистоту хранить души.

Тропинин был примером истинным

Служенья музе лишь одной,

И стал свободным, независимым,

Хоть по рожденью крепостной.

И расцветив штрихами зоркими,

Как будто в снах, но наяву,

От «Ямщика» до графа Моркова

Переписал он всю Москву.

Художник лица их покажет

Разнообразьем образцов,

И мы врастаем в персонажи

Его полотен-голосов.

Невольно их беседы слышим,

Негромким отзвук будет пусть,

И дамы в тишине застывши

Доверят кавалерам грусть.

А там и дружба с генералами

И царский благосклонный взгляд,

Так многого достиг от малого,

У нас в народе говорят.

Польстило – да, но не заставило,

Соблазнов сотни не смогли

Его нарушить жизни правила

От соков матушки-земли.

От быта по-московски тесного,

Садов, цветущих на весну,

Чуть деревенского столь местного,

Несет чем Русью за версту.