Стихи о войне

Герой, под влияньем любимой бросивший блат

навеки,

Работает на заводе, где она секретарь.

Злодей – кулацкий сыночек – крадет бумаги

и чеки,

С расчетом, что бывшего вора заподозрят, как встарь.

Зал обижен за вора, в зале не дышат даже…

Герой, ничего не зная, приводит своих корешков,

Он им рекомендует тотчас же бросить кражи

И, по его примеру, честно встать у станков.

Но герой заподозрен. Приезжает угрозыск.

Герою с его друзьями грозит арест и тюрьма.

Друзья при виде агентов кричат герою с угрозой:

«Ты нас завел в ловушку!» – а в зале сходят с ума.

В зале столпотворенье достигает предела,

Иоська вскочив со стула, кричит герою: «Скажись,

Скажись им, Коля, в чем дело!» И тот говорит,

в чем дело,

И приходит развязка и счастливая жизнь.

В зале вздох облегченья, в зале – за добродетель:

Пускай у слепой фортуны не плутуют весы!

Зал заметно растроган, воры рыдают, как дети,

И нежные девичьи слезы капают на усы.

    1933–1937

ДОМ

1

Тяжкий запах добра смешан с вонью эфира.

Мир завешен гардиной, и прочная мгла

От сотворенья мира

Стоит в четырех углах.

Оно создавалось не сразу, надежное здешнее

счастье.

Оно начиналось с дощечки: «Прием с двух

до десяти».

Здесь продавалась помощь, рознятая на части:

От висмута – до сальварсана

От целкового – до десяти.

И люди дурно болели, и дом обрастал вещами.

Он распухал, как лягушка, опившаяся водой.

Скрипела кровать ночами,

И между обедом и чаем

В новый рояль, скучая,

Стучали по среднему «до».

Так с большими трудами, с помощью провиденья

Была создана симметрия, прочный семейный

квадрат.

Здесь вещи стоили денег

И дети стоили денег,

Не считая моральных затрат.

Над городом грохнула осень, но врач затворил

окошко.

Приделал на дверь четыре давно припасенных

замка.

Припрятал столовые ложки,

Котик сменил на кошку

И высморкался без платка.

Он брал за визиты натурой: шубами и часами,

Старыми орденами, воблою и мукой,

Он прятал и ел глазами,

И умные вещи сами

Ластились под рукой.

Он долго жил как властитель,

Он хвастал, что сто миллионов

Войн и переворотов

Дверь не откроют в дом.

Сын станет опорой трона,

А дочь…

Но гадкий утенок,

Чтоб он, не родившись, сдох!

Так часто бывает: в доме,

Пропахшем столетним хламом,

Растет молчаливый ребенок,

Чуждый отцовской лжи.

Девчонка рвалась из дома

И бредила океаном.