Повитель

Встряхивая головой сильнее обычного, спросил Григория:

– Слыхал, Маврушка-то? Пришла в себя… Теперь бы самое время опять под окном у нее посвистеть, да… некому. Уехали…

– Как уехали?! – даже привстал со стула Петр Бородин. – Когда, куда? Я ведь сегодня только у них был!

– Куда – не знаю. А когда – могу сказать. Только что сундуки склали на подводу – и Митькой звали. Попик, брат, не промах, раздумывать не любит. Чемоданчики заранее приготовил.

– Врешь? – задохнулся Петр Бородин.

Зеркалов усмехнулся, посоветовал:

– Сбегай к их дому, посмотри, коль не веришь.

– Значит… что же это делается на земле? Он ведь говорил мне, что в городе… того, началось. А я еще – верить, не верить… Значит, пропадем? А?

– Ну-у! Зачем так скоро? Мы еще посмотрим… – Терентий замолчал, глянул вначале на неподвижно сидящего Григория, потом на его отца и проговорил: – Ты, папаша, вот что… Поди-ка отсюда, мы поговорим с Гришухой… по одному делу.

– Так ведь что же… – начал было старик, но Зеркалов встал, взял Петра Бородина за плечи.

Возвратясь к столу, Зеркалов опять налил из бутылки себе и Григорию, прошептал:

– Я тебе вот что хочу сказать… Тебя знаешь кто разделал в переулке?

– Ну? – приподнял голову Григорий.

– Андрюха Веселов.

Григорий резко повернулся к Зеркалову, и тот сразу замолчал.

– Ну, говори, – задыхаясь, попросил Григорий.

– Что говорить? Я подбежал на шум – Андрюшка с компанией трудятся вокруг тебя.

Терентий сунул руку за пазуху – и в руке у него холодно блеснуло лезвие ножа. Григорий впился в него сузившимися глазами, и тонкие ноздри его стали едва заметно подрагивать.

– Это, знаешь, штука! – проговорил Зеркалов, играя ножом. – Они и сыпанули от тебя, как горох… Вот что, брат… А то бы замолотили.

Зеркалов еще повертел в руках нож и хотел спрятать, но Григорий схватил Терентия за руку:

– Дай сюда!..

– На… – тотчас проговорил Зеркалов и наклонился к самому уху: – Это ты правильно.

Через несколько минут они вышли на пустынную улицу.

На небе не было ни луны, ни звезд. Огней в домах люди почему-то тоже не зажигали. Казалось, деревня притаилась на берегу огромного озера в ожидании чего-то необычного. Над крышами кое-где маячили темные пятна тополей. Время от времени в ветвях деревьев возились спросонья неуклюжие, отъевшиеся за лето галки, но быстро затихали.