Ермак. Тобол-река

– Как же тебя отделали! – сокрушался он, качая головой и глядя на лицо узника. – Подлечить бы тебя надо. Да вот только я не лекарь. А вот морду твою в порядок приведу.

Он смочил тряпку в деревянной бадье, стоящей тут же рядом, и стал оттирать кровь с его лица.

– Баньку бы, – прохрипел Иван.

– Мало тебя тут в подвалах попарили, – рассмеялся тюремщик. – Баньку он захотел. Нет у нас баньки. Вот выйдешь на волю, в городе и найдешь баньку, чай, гроши-то есть.

– Есть, – кивнул головой Иван.

– Ну и славно, – ответил тюремщик.

Он подхватил Кольцова под руки и поволок по коридору.

* * *

Иван стоял на каменном крыльце у входа в царские подвалы. Через маленькие окошки, торчащие почти из земли, слышались стоны и душераздирающие крики узников. Тюремщик, что вывел его, смотрел на стоящего на крыльце бывшего узника, жадно вдыхающего полной грудью воздух свободы.

– Ну и иди, иди уже, – рявкнул на него тюремщик. – Другой со всех ног отсюда бежал, а этот стоит.

Он плюнул на крыльцо и затворил за собой массивные, окованные железом двери.

Иван поплелся вдоль улицы. Он брел по устеленной досками мостовой вдоль нескончаемых рядов бревенчатых изб. Из окон выглядывали хозяева и тут же опускали занавесь обратно. Вид оборванного и плетущегося человека с синяками и кровоподтеками на лице пугал обывателей. Наконец он добрел до перекрестка, на котором стоял столбик с иконою Св. Богородицы, и повернул в проулок. Его глаза застелил туман, и он повалился на пожухлую траву у одного из заборов.

– Машка, Степан, Борис, тащите его в избу, – услышал чьи-то голоса сквозь туман.

Сильные руки подхватили его и куда-то понесли.

Иван очнулся от прикосновения нежных женских рук. Девушка приложила ему мокрое полотенце на лоб. Иван осмотрел избу. Сразу видно, жили тут небогато. Деревянные лавки вдоль стен, на одной из которых лежал он, и стол.

Он протянул руку:

– Спаси тебя Бог.

Девушка смутилась и отошла.

– Лучше тебе?

Она поправила толстую русую косу и улыбнулась как бы невзначай.

– Скоро батя придет с братьями.

Иван кивнул.

– Раны я смазала мазью и перевязала.

Иван только сейчас обратил внимание, что его грудь перевязана вдоль и поперек.

– Кто тебя так, – спросила девушка, убирая с лавки бадью с водой.

– В гостях у царя-батюшки был, – попытался улыбнуться Иван.

– Хорошо царево гостеприимство… – Девушка покачала головой и подошла к печи.