Посылка для Консула

Я сразу же поспешил к нему в контору.

Встретил меня сей месье весьма приветливо и без лишних слов протянул патент капитана:

– Я достаточно долго знаю вас, чтобы доверить мое судно «Эмили». Отправляйтесь на Сейшелы за товарами, список найдете у суперкарго.

В тот же день я сдал «Креол» и принял «Эмили» – трехмачтовый барк с четырьмя пушками.

[1]Пондишери – город и порт в Индии на берегу Бенгальского залива. Основан в 1674 году как фактория и форт французской Ост-Индской компании.

Глава 21.

– Несколько слов о капитанских патентах: они бывают двух видов – торговый и каперский, более известный как корсарский. Последний, подписанный королем или его представителем, дает право капитану, получившему данную грамоту, нападать на вражеские торговые суда. Причем эта грамота является также и охранной. Если капитана захватывали, то должны были обращаться как с военнопленным, что является немаловажным фактом. Помните Шутера, как он упирал на то, что он приват? И это его спасло, ибо у меня руки чесались вздернуть на рее этого мерзавца, но как бы то ни было, по закону он являлся военнопленным и не мне определять степень его вины.

Что же касалось моего первого патента, то он назывался патентом вооруженного торговца. Согласно данной грамоте мне разрешалось защищаться от нападения вражеских судов, но запрещалось нападать самому. Вот такая тонкость!

Правда, подобную казуистику морского права я постиг позже. Юность беспечна и не углубляется в юридические изыски, что, как известно, заканчивается не всегда хорошо.

Возможно, я и стал бы прилежным торговцем, но снова вмешался его величество случай. Судьбе было угодно, чтобы у Сейшел дежурили два английских военных корабля. Они заметили барк, и один из них погнался за нами, но мы имели запас в расстоянии, да и наши паруса неплохо держали ветер.

Меня колотило от ярости и безысходности от мысли, что мне приходится уносить ноги от ненавистных англичан. Что могли мои четыре пушки перед их двадцатью? Да и численность экипажа не превышала сорок человек.

Мы ушли, но и возвращаться обратно на Франс с пустым трюмом не могли: для меня это было чревато лишением патента, а членам экипажа – долгами. Судовладелец выплатил аванс, который по большей части был уже спущен в портовой таверне, поэтому я предложил им единственно разумный, как мне казалось тогда, выход – попробовать захватить какого-нибудь английского торговца.