Шесть дней из жизни дознавателя

– Не трепи мне душу. Я бы рад уйти, да только куда? Да и потом, как бы пафосно это не звучало: а кто останется? Кто работать тут будет? Кто будет справедливости помогать? К ней надо руку прикладывать! Наверное, в какой-то момент, после погружения в систему, ты приходишь к самой сути, что преступник должен сидеть в тюрьме. В милиции бывает разное, и не всех привлекают к ответственности. Я тоже слышу по телевизору, как миллионами воруют – и ничего. Но это всё абстракция. Это всё где-то там. А я тут. Конкретно сегодня, лично от меня зависит, пойдёт ли Десяткин в суд или нет.

– Да, пока у нас работают такие маньяки как ты, можно спать спокойно, – улыбнулся Видницкий, – Ладно, где тебя высадить?

– Вот тут, – показал на место около центрального проезда в ОВД Габоронов, – Спасибо Вам большое, ребята. Рад был увидеться! Наберу протоколы допросов – звякну, там только подписать надо будет!

– Давай, держись там! Если что-то надо, ты же знаешь, я всегда готов.

– Та договаривай, всё нормально! – Габоронов понял о чём он, но внешне показал, что между ними нет запретных тем.

– Свадьбу вашу никак не забуду. Это был какой-то феномен. Обстановка такая душевная, своя была. Как одна большая дружная семья, состояние счастья у всех прям было.

– Да, ты же свадьбу организовывал! Хорошо, что к тебе тогда обратились, – заулыбался Сергей.

– Не, не, Серёж, люди вокруг были настолько душевные. Наверное, просто никого лишнего не было.

– Да, мы с Габороновой решили сразу: зовём тех, кого хотим, а не кого надо. Может поэтому получилось…

– Серёжка, звони если что, приходи в гости, – попрощалась такими словами Светлана.

– Да, хорошо, обязательно. Спасибо Вам ещё раз!

Экран кнопочного телефона показывал двенадцать часов двадцать пять минут. Габоронов поднялся на второй этаж отдела дознания, пройдя прямиком в кабинет начальника.

– Габоронов, материал принесли. Сто двенадцатая. Перелом челюсти. В несознанке. Тяжёлое будет дело. Надо быстрее возбуждаться. Завтра выходные, а срок принятия решения уже сегодня. Так что нам не до мелочей. Это дело тебе на следующий месяц пойдёт.

– Почему мне, Ольга Юрьевна? – возмутился старший лейтенант, который от усталости уже перестал побаиваться начальства.