Держава том 4

– Ники, я бы лучше отправилась с детьми на речку, покататься на лодке, – шепнула супругу Александра Фёдоровна, стоя рядом с ним у экипажа. – Что-то сегодня у меня нет охотничьего настроя, и вообще плохое предчувствие.

– Значит, будешь постоянно мазать. Но я выручу тебя и подниму твой авторитет. Сразив зубра, всем скажу, что это твоя заслуга.

Охотничий день традиционно закончился показом трофеев на лужайке перед дворцом.

Согласно ритуалу, старший егерь, под звуки фанфар, подал императору ведомость о результатах сегодняшней охоты.

За ужином шло бурное обсуждение удачных выстрелов и досадных промахов от заоравшего под руку кузнечика, или не вовремя заголосившей над головой сороки, а барона Фредерикса и вовсе подтолкнула лягушка. Единственно, кого за время охоты он убил. И то прикладом.

После ужина Николай пошёл желать доброго сна детям.

– Ники. Меня беспокоит Маленький, – со страхом в глазах зашептала ему жена перед комнатой цесаревича. – Алексей сегодня разбаловался и упал, сильно ударившись о борт лодки левым бедром.

– Санни, успокойся. Ничего страшного пока не произошло. Всё будет хорошо, – тоже разволновался, но не подал виду, Николай.

– Зря мы так смеялись, – вытерла глаза платочком царица, и, старательно улыбаясь, следом за мужем прошла в комнату сына.

– Мне больно! – услышали они.

Рядом с цесаревичем находился доктор Боткин, проводивший осмотр больного.

– Доктор, ну что с Маленьким? – скрывая волнение и стараясь не выдать своё беспокойство, спросил Николай, когда врач вышел из комнаты в коридор.

– У мальчика от удара образовалась опухоль и гематома в паху. Положение более чем серьёзно. Я выписал порошки и микстуры. Будем надеяться на лучшее. А главное – покой.

Через несколько дней цесаревичу стало лучше.

– Аликс, а ты уже нафантазировала, бог знает чего, – облегчённо улыбаясь, погладил руку жены Николай.

Они сидели на той же деревянной скамье, где так весело и легкомысленно совсем недавно вели себя. Но теперь настроение было подавленным и осенняя красота природы не трогала душу, наполненную волнением за сына.

– Аликс, ну что ты плачешь? Всё позади, – нежно гладил её руку. – Давай переедем отсюда в Спалу. Отвлечёмся и развеемся. Алексей, слава Богу, выздоравливает.

– Прости меня, Ники. Это я виновата. Из-за меня страдает сын.