Излом

Излом

Валерий Аркадьевич Кормилицын

События конца двадцатого века, стёршие с карты земли величайшую державу и преломившиеся в судьбе каждого нашего соотечественника. Главный герой Сергей Двинянин, рабочий одного из военных заводов, на котором постепенно, во времена Ельцина и Гайдара, перестали платить зарплату, зато открылось много полукриминальных и криминальных структур, где можно было "зашибить бабки". Вот такую структуру и организовал Сергей Двинянин, став из рабочего человека "новым русским". Но деньги не всегда приносят счастье, и он потерял всё, чем раньше дорожил: друзей, жену и сына.

Содержит нецензурную брань.

Валерий Кормилицын

Излом

– Товарищи, товарищи, девочки, ребята, слушайте меня! – металась по проходной сухая тридцатилетняя женщина в короткой юбке и голубой кофточке. – Товарищи, большие сумочки – вот у вас большая, – наманикюренный палец нервно ткнул в длинную, цилиндрической формы красную сумку в руках стройной девушки с волнистыми бело-голубыми волосами.

"Слабый раствор чернил, что ли, на себя вылила?" – подумал я.

– Большие сумочки сдайте в камеру хранения, – начинала психовать женщина. Быстренько, быстренько проходите… Молодой человек, стойте! – тот же палец гневно ткнул в одного из двух двойняшек-пэтэушников. Куда пошли? Сейчас пропуска раздам. Как не идёте, что я слепая, что ли? Подойдите ко мне.

– Стой там, иди сюда! – буркнул один из пэтэушников.

"Лёлик и Болек", – мысленно назвал их в соответствии с популярным детским мультфильмом.

Оба невысокие, худые, с наивными глазами и всклокоченными причёсками, называемыми в народе "взрыв на макаронной фабрике". В одинаковых коротких куртках с широченными плечами и множеством накладных карманов и в чёрных турецких джинсах.

– Сейчас подойдёт пожарник, вон он, кстати, появился, пойдёте с ним, – отвлекла меня от пэтэушников нервная женщина.

Пожарником оказался дед, разменявший седьмой десяток. Первым делом он мрачно взял листки у представительницы отдела кадров и прочёл фамилии вновь поступающих.

– Даже голова заболела! – ни на кого не глядя, пожаловалась она.

Два пэтэушника, как коты на сметану, таращились на неё.

– И у нас аллергия! – радостно подтвердили они.

"Только что не облизываются", – отметил я, наблюдая за двойняшками.

Группа, растянувшись цепочкой, как утята за уткой, поплелась за пожарником.