Жили-были в Миновском

Детям не стоит видеть… – тут он осекся и на все расспросы отвечал одно. – Вернемся домой, расскажу. Побудь в деревне.

Маша заметила, что мужики собрались на дворе и о чем-то сердито рассуждали. Но детям строго-настрого запретили выходить на улицу в этот вечер. Она затревожилась, забеспокоилась: в голосах, что доносились на сеновал, куда отослали спать ее и еще несколько ребятишек, была жесткость и злость.

Как же она так быстро оказалась в лесочке за ярмаркой? Маша огляделась. Было тихо и спокойно. Синее небо проглядывало сквозь яркую зелень берез.

Над деревьями застыли белоснежные облака. Где-то нежно журчала вода. И почему-то нигде не было людей. Девочка вовсе не испугалась, когда увидела молодую красивую женщину в длинном синем платье.

– Подойди ко мне, милая, – окликнула та.

Девочка подошла.

– Посмотри, вот здесь, я оставлю свой образ, – мягко сказала женщина и указала рукой на родничок, который слышала девочка. – Скажи брату, пусть поможет моим детям из дальней земли. Отвезет их к Прохору.

Он позаботится. Запомнишь?

Маша кивнула.

– А здесь все вместе постройте дом для меня, – женщина улыбнулась и погладила Машу по голове. – Просыпайся, пора, – сказала она, и чудесное видение растаяло.

Девочка открыла глаза – вот так сон! Из оконца на нее светило неяркое утреннее солнце. Было тихо. Она выскользнула на двор и стала звать брата, но ей ответила хозяйка.

– Все ушли прогонять басурман. А ты побудь со мной.

– Каких басурман? – не поняла малышка.

– Так этих, черных, с идолами, которые по-нашему не разумеют.

Маша какое-то время обдумывала услышанное. Так значит басурманами называли Васю и его семью. А красивая добрая женщина из ее сна говорила о чужих людях как о своих детях. И, выходит, ее брат замыслил недоброе против этих бедных людей. Она бросилась бежать. Крик хозяйки не мог ее остановить.

Вместо вчерашней чудесной приветливой ярмарки ее встретило беспокойное растерянное столпотворение. Чуть в стороне сбились в кучку испуганные женщины с детьми.

В центре друг против друга выстроились группы мужчин. Они так сильно отличались и ростом, и цветом волос. Но все были одинаково насупленными и злыми. Некоторые держали в руках большие палки и даже вилы.

Вдруг все звуки затихли и установилась такая жуткая тишина, что Маша испугалась и замерла невдалеке. Она высматривала брата и кого-то еще. Васю. Он был не с детьми, хотя по возрасту вряд ли был старше Маши – стоял с краю, рядом с крепким смуглым мужчиной.