Возвращение

– Ты опять повторяешь слова Маркова!

– А ты снова пытаешься меня оскорбить. Делай, что хочешь. Но как жена и мать твоих детей прошу тебя: опомнись, ты совершаешь непоправимую ошибку. Если чекисты задержат тебя на границе, ты погибнешь.

– Не беспокойся. Я получил польский паспорт от адвоката Ледницкого, женатого на Морозовой. Сейчас он исполняет обязанности польского консула. Он бывший кадет.

– Но если тебя узнают на границе?

– Не узнают. Я сбрею усы, оденусь поплоше. Паспорт выдан на имя польского рабочего, который пробирается на родину.

– Ты затеял опасную игру…

– Всего лишь небольшой маскарад. С собой я возьму свои драгоценности. Думаю, мне хватит на жизнь. У тебя остаются твои, будешь их продавать по мере надобности. Если обо мне будут спрашивать, говори, что уехал по делам в провинцию. Ты остаешься не одна, у тебя есть Марика, ее муж, да еще такой покровитель и советчик, как Марков.

– Опять ирония?

– Это не ирония, а подлая реальность, – он тяжело вздохнул. Через несколько дней Назаров исчез.

Из его авантюры ничего не вышло. Ольга Александровна узнала об аресте мужа на четвертый день после его отъезда. Вечером она возвращалась от Марики и, подходя к дому, заметила свет во всех окнах своего жилища. У крыльца стояла закрытая машина, рядом дежурил милиционер. В квартире трое в кожаных куртках допрашивали кухарку Ильиничну. Она бесстрашно обзывала их «нехристями» и проклинала. Дом был перевернут: шкафы открыты и выпотрошены, пол завален книгами, газетами, бельем и прочими вещами.

– Вы жена Назарова? – спросил один из кожаных.

– Да, – ответила Ольга Александровна как можно спокойнее.

– Я следователь ЧК Гельфанд, расследую дело вашего мужа. Он задержан при попытке перейти границу с чужим паспортом, выданным на имя польского гражданина. Еще у него обнаружены документы контрреволюционного содержания. Что вы можете сказать по этому поводу? Вам должно быть известно, куда направлялся ваш муж.

– Мне нечего вам сказать. Муж никогда не вел со мной провокационных бесед. Уезжая, он сказал, что едет на несколько дней в провинцию по делам своих бывших клиентов. Быть может, он поехал искать нашего сына, офицера русской армии, о котором мы давно ничего не знаем.

– Почему же он вам не сказал об этом? – спросил Гельфанд.

– Видимо, не хотел меня волновать.