Возвращение

В любом государстве имеется так называемая «элита» – цвет нации, ее соль. В России испокон эта роль отведена аристократам, интеллигенции. Они внесли наибольший вклад в достижения мировой цивилизации. Да, люди умственного труда имеют привилегии, но это справедливо. Их заслуги выше, это же азбучная истина!

– Мир изменился, а ты не хочешь этого признать. Народ создает новую интеллигенцию.

– Из иван егорычей?

– Хотя бы.

– Хорошо, пусть. Я все равно не откажусь от своих взглядов. И я должен сообщить тебе, что мне необходимо временно покинуть Москву.

– Ты уезжаешь? Куда?

– На юг, к Деникину. При нем будет сформировано всероссийское правительство, которое признают союзники. Милюков, Долгоруков, Набоков, Новгородцев и другие кадеты уже там. Медлить больше нельзя.

– Как можно верить генералам, проигравшим войну? Да они дважды изменники: сначала изменили Государю, потом Временному правительству. Изменят и в третий раз. Один Брусилов принял верное решение.

– Посмотрим, что он скажет через пять лет.

– Оставим Брусилова, – примирительно сказала Ольга Александровна. – Но и от союзников хорошего ждать не приходится.

Спасти Россию могут только сами русские, для этого надо объединиться с народом, а не воевать с ним. Потому народ и надеется на Ленина, что он обещает мир и землю.

– Не будем спорить, дорогая. Жизнь покажет, кто из нас прав. Я не зову тебя с собой, так как знаю…

– …что я не поеду, – договорила за мужа Ольга Александровна.

– Вот если бы Анатоль был жив, то он бы давно уже был там.

Ольга Александровна замерла. Муж впервые делал такое заявление. Пришлось взять себя в руки и стать в позу несправедливо оскорбленной женщины. Гордо вскинув голову, она ответила:

– Напрасно ты так думаешь, Николай. И Анатоль не поколебал бы моих убеждений, он тут вообще ни при чем…

– Пожалуй, Юра оказался мудрее всех, уехав за границу, – закрыл тему Николай Николаевич.

– Я тоже рада, что он избежит участия в гражданской войне.

– Он вернется в свободную от большевизма Россию. Через какие-нибудь полгода я тоже вернусь к тебе вместе с Добровольческой армией. Будет восстановлена единая неделимая Россия и прежняя жизнь. У нас будет такая же республика, как во Франции, – убежденно говорил Назаров.

– Не верю в это, как и в то, что мы скоро увидим сына. Революция уже победила, и если не навсегда, то надолго.