Семьи: книга третья

Но сейчас он и не думал проявлять свою власть главы семейства: намного важнее для него было изобразить покорность и смирение перед гневом супруги. Ему нужно было подыграть жене, дать ей утолить свое уязвленное самолюбие, которое, растравляя ее, противостояло примирению, что он и делал. Ринат не осознавал, как именно его действия влияли на Вику, но по опыту знал, что, проявив покорность, – смягчит жену. Знал он также и то, что если супруга в запале совершала какой-либо неблагоразумный поступок, то нужно было молчаливым укором указать на ее неправоту, сформировав в ней, таким образом, чувство вины; если же при этом удавалось заручиться поддержкой маленького союзника – дочки или сына – и вместе выказать несогласие с вдруг проснувшейся тиранией матери – это был уже залог самого скорейшего примирения.

При этом Ринат вовсе не замечал, что нападки Вики на детей во время их ссор стали происходить чаще: истерзанная тревогой и беспокойством жена в порыве разрешить конфликт с супругом бессознательно все охотнее вымещала злобу на детях, потому что в глубине души знала – после этого муж пойдет на примирение.

– Ну, успокойся. Вот твои игрушки. Целые, – вытаскивая из ведра пластиковую посудку, утешал Ринат дочку, которая теперь лишь тихо отрывисто всхлипывала, смотря на отца робкой подрагивающей улыбкой, пробивающейся сквозь еще не сошедший с лица испуг.

– Конечно! Игрушки он достает. Добрый папа! – выпалила Вика в негодовании. – А то, что семья уже почти год живет на коробках, тебя не волнует?! Да с чего бы тебе волноваться, если ты домой только ночевать приезжаешь, и то через день.

– Не переживай так. Сейчас мы все вымоем, и будут как новые, – не обращая внимания на нападки жены, с теплой улыбкой на лице обратился к дочери Ринат, раскапывая подтухший, раскисший, неприятно липнущий к рукам мусор в поиске провалившихся на самое дно игрушек.

– Посмотри, как мы живем! – не унималась Вика, сверху вниз смотря на сидящего у ее ног и ковыряющегося в мусорном ведре мужа. – Мне губку с моющим средством некуда положить. Это разве кухня?! Полгода прошу розетки сделать!

– Ну, вроде бы все достали, – улыбнулся Ринат дочке. – Пойдем теперь мыть?

Смотря на отца широко раскрытыми блестящими от слез глазами, Даша молча кивнула и последовала за ним в ванную.