Ахульго

Вот население и склоняется к Шамилю.

– Зачем же своими руками бунтарей плодить? Неужто нельзя этот произвол как-то пресечь?

– Стали мы к ним помощников наших назначать, офицеров, для ведения переписки и наблюдения за прочим.

– И что, присмирели?

– Куда там! – покачал головой Попов.

– Это же сущие деспоты! А уж про вольные общества в горах и говорить не приходится.

– То есть как – вольные? – не понял Граббе.

– Дагестан, изволите ли видеть, большой, – пустился объяснять Попов, раскладывая на столе карту.

– Почти все, что вдоль моря Каспийского, издавна в руках князей местных – шамхалов, уцмиев, ханов и прочих владетельных лиц.

– А то, что в горах?

– В горах тоже есть влиятельные дома, – показывал на карте Попов.

– К примеру, Кази-Кумухское ханство. Или вот ханство Хунзахское, которое теперь в Нагорном Дагестане, наш главный союзник. Остальное все по природной недоступности, или вовсе независимо ни от какой власти, как веками сложилось, или приняло сторону Шамиля.

– А сам-то он где засел? – разглядывал карту Граббе.

– Вот здесь его ставка, – показывал Попов.

– По полученным сведениям, имам новый замок опять на Ахульго возводит. Место, доложу вам, ужасное, головоломной крутизны.

– Господин поручик, – обернулся к Милютину Граббе.

– Полюбопытствуйте.

Но Милютин, стоявший с Васильчиковым за спиной у Граббе, и без того уже рассмотрел карту.

– Осмелюсь доложить, карта никуда не годится, – заявил Милютин.

– В каком смысле? – запротестовал Попов.

– Я по ней с генералом Фезе на Ахульго… Вернее мы ее потом нарисовали, после похода.

– Оно и видно, – сердился Граббе.

– Где были, то и обозначили. Одну только дорогу и вижу, до Хунзаха. А если другим путем идти?

– Тут, ваше превосходительство, особенное дело… – замялся Попов.

– Бывает, известна дорога, а как сунешься – ее и нет.

– Как это нет? – не понял Граббе.

– Выходит, лазутчики ваши даром хлеб едят?

– Осмелюсь пояснить, ваше превосходительство, – оправдывался Попов.

– Дороги в здешних горах, что у нас тропинки, вот горцы их и портят нещадно. Или завалят, или и вовсе взорвут.

– А касательно перевалов, высот, рек, мостов, переправ? – допытывался Милютин.

– Где можно путь пробить, а где, я слышал, и пропасти невозможные?

– Тут всего хватает, – вздыхал Попов.

– А как в поход двинешься, там все и видно бывает. И проводники у ханов имеются.

– Проводники надежные? – сомневался Граббе.

– Когда как, – признался Попов.