Старый дом на захолустной улице

Она просто стояла, молча, глаза ее были бессмысленными, и только силой удалось ее увезти с перрона.

Всю дальнейшую свою жизнь она плохо понимала. Приняла спокойно и то, что через несколько месяцев, тихо сказала ей мать за вечерним чаем:

– Наташенька, любимого не вернешь. А тебе надо выйти замуж.

– Зачем? – безразлично спросила Наташа.

– Ты же знаешь, в нашем роду и нашей вере такой обычай – младшая сестра не может выйти замуж вперед старшей. И сестренка твоя уже год, как твоей свадьбы ждала!

– Говорите за кого, выйду! – так же безразлично ответила она.

… Так появилась Наташа в саду Иннокентия Серебрякова.

***

И стала она женой и хозяйкой этого купеческого дома. Но к беде Иннокентия Константиновича, совершенно безучастной ко всему происходящему. Безучастно она отнеслась и к тому, что стала женщиной, понимая лишь, что должна делать то, что должна. Не проронивши, ни единого слова, не издала ни одного вздоха, Иннокентий, вроде как, даже усомнился, девица ли она.

Но время лечит. Иннокентий Константинович очень старался. Не то чтобы он влюбился в Наталью до умопомрачения, но он был человеком очень обстоятельным и справедливо считал, что семья должна быть любящей и счастливой.

По утрам он завтракал непременно с женой, и по ходу чего пересказывал ей новости из-за раскрытого за столом свежего номера газеты. Нежно целовал ее в щеку, перечислял, какие указания она должна дать прислуге по хозяйству. И уходил на базарную площадь, где у него были несколько лавок и складов.

Наташа же шла во флигель, где жила прислуга, молодая, ее лет девушка со своей мамой, выполняющей обязанности кухарки, и плакала, обнявшись с ними по своей несчастной судьбе.

По выходным Иннокентий Константинович любил принимать гостей. Это было действительно весело и очень мило.

Стол был заставлен в большой комнате, а не на кухне, где они обыкновенно трапезничали вдвоем.

На столе было все! И дичь, и свежая астраханская рыба, и копчености, и солености!

Зимой из подвалов доставались собственной рукой облитые воском арбузы и дыни, прекрасно хранившиеся в темных, прохладных подвалах.

Гостей обычно бывало человек пятнадцать. Во-первых, родные – семья Наташи и сестра Иннокентия с мужем, батюшка из построенной Иннокентием церкви – отец Виталий с женой – матушкой Марфой. Это из обязательных. Кроме того, время от времени приглашались и другие – из партеров Иннокентия и городских властей.