Яхтсмен

Парень же оказался скорее спортивным, чем упитанным – силача в нем выдавали мощные руки, но округлое добродушное лицо вряд ли могло принадлежать настоящему спортсмену. В моем представлении он должен быть жилистым и скуластым, а так он походил на очень крупного Карлсона. Говорил он, на удивление, без акцента.

– Чего желаете? – обнажив белоснежные зубы, спросил он.

– Яичницу и кофе, – ответил я, не раздумывая и, заметив утвердительный кивок, добавил – Две порции.

– Сахар? – Оксана отрицательно мотнула головой и я добавил: – Мне два.

Парень так же легко, как он добрался к нам, ушел, не задев ни единого столика, хотя стояли они довольно плотно. Должно быть, мое лицо выражало явное удивление, потому что, когда я повернулся к Оксане, она сразу же сказала:

– Это Джо. На самом деле его зовут Жора. А по паспорту – Георгий.

В ответ я лишь растерянно похлопал глазами, опасаясь сказать чего-то лишнего, но девушка продолжила.

– Он местный, живет здесь с самого рождения.

– Во всяком случае, к названию заведения у меня вопросов нет, – сказал я.

– Здесь готовят лучший кофе. На мой взгляд, конечно, – поправилась Оксана и откинула назад локон с лица.

– Надеюсь, что и яичница тоже хороша. Нормальной еды я не видел уже дня три.

– Отмечал покупку яхты? – хихикнула девушка.

– Не то чтобы, пропустил по коктейлю вместе с ее старым хозяином.

– Не подскажешь, с кем именно?

– Я снова попал на допрос? – добродушно спросил я.

 – Шучу, шучу, мне скрывать нечего. Его зовут Арам, такой солидный армянин в возрасте. Фамилия… – и тут я понял, что не знаю его фамилии, а все, что есть – только номер его телефона. Правда, тут же спохватился – в документах на яхту его фамилия точно должна быть указана.

– Я знаю его. Его все здесь знают, он входит в городское собрание. Хороший человек. Но не советую пить с ним на спор.

Джо, он же Жора, принес нам кофе и яичницу. Я сразу же попросил счет и мы приступили к поглощению пищи.

Кофе действительно был отличным и отменно сладким.

– Не понимаю, как можно пить такой кофе, – сказали мы одновременно.

– Я имела в виду сладкий! – рассмеялась Оксана. Если бы все полицейские были, как она, нарушителей бы не было вовсе.

– А я имел в виду горький, – добавил я и, фыркнув, отправил в рот последний кусок яичницы.

Неудобное молчание разбавил Джо, который принес счет.