Яхтсмен

Я просто не мог упустить этот шанс.

– Подождите, – я вскочил со скамьи и едва ли не бегом бросился к ней. Надо заметить, она была ростом всего лишь чуть ниже моих ста восьмидесяти. – Я в этом городе недавно и знакомств у меня здесь немного. Практически нет, я бы сказал. И знаете… – в этот момент я посмотрел на ее лицо и понял, сколько терпения у человека, чтобы выслушивать такое словоизлияние в рабочее время. – Может быть, я угощу вас завтраком?

Девушка колебалась. Я видел сомнения, которые меняли выражение ее лица, но не могли стереть улыбку.

– А вы проследите, чтобы мы с Лаймой не совершили никаких правонарушений, – теперь уже и я улыбнулся. Никогда не считал себя особо обаятельным, но наличие собаки, что я опять же вычитал в книге по психологии, значительно повышало шансы на успех.

– Хорошо. Давайте. Только не используйте меня в качестве гида, – улыбка снова стала предельно очаровательной.

– И не собирался.

Мы пересекли набережную, проезжую часть и углубились в сплетение узких улочек.

Никогда бы не подумал, что может существовать такое место, в котором все настолько приятно, начиная от городского окружения и заканчивая людьми. Мощеные тротуары еще не полны толпами народа, но что-то мне подсказывает, что и летом здесь очень хорошо. Гироскутер плавно притормозил рядом с широкими полукруглыми окнами, что расположены чуть выше уровня тротуара. Тканевые навесы защищали сидящих внутри от солнца. Приятное место.

Оксана ловко подхватила свой транспорт, предварительно повернувшись ко мне боком и лишив меня тем самым возможности лицезреть ее обтянутую брюками пятую точку. Жаль. Я открыл перед ней дверь с витиеватой надписью «Большой брат» и пропустил вперед.

Внутри ярко горели лампы, освещая круглые столики с плетеными креслами. Под ногами приятно поскрипывала плитка. Оксана, ловко лавируя между столиками, присела возле окна и я присоединился к ней. Лайма послушно заняла место у моих ног.

– Почему большой брат? – спросил я.

– Потому что, – девушка глазами указала куда-то чуть выше моего плеча.

Я повернулся и увидел крупного, на вид к ста килограммам, темнокожего парня. Ему уже за тридцать, но могло быть и больше – я плохо разбирался в возрасте своих ровесников, не говоря уже о том, что в других расах и нациях я вообще был совершенным профаном. Азиаты так и вовсе были все на одно лицо.