Састер. Крымский детектив. Часть I

На белом фоне пылали губы из ярко-красной помады.

– Говорят же, не злите девушку во время еды. – Аня продемонстрировала билет Рыжему. Тот взял его, вытянул подальше, сощурился подслеповато. Надел очки и быстро снял, точно до сих пор стеснялся их носить на людях.

– С Лозой? Скорее уж пенсионерку.

– Я не то чтобы очень настаиваю, но ты меня собираешься расцеплять? – Аня подняла руки и позвенела наручниками.

– Я – думаю, – Рыжий постучал пальцем по своему виску. – И тебе бы это тоже не помешало, прежде чем…

Аня решила не слушать и не отвечать.

Они помолчали, вернулась Даша. Загремели ложки-вилки, запелёнатые в салфетки; зазвенели стаканы, тарелки, блюдца. Рыжий тоскливым взглядом проследил за чашкой кофе Ани – весь путь от подноса до стола, от стола до губ.

– Мм, – довольно замычала Аня, когда распробовала кремовую пенку с кусочками арахиса.

Рыжий скривился и долго, механически пил апельсиновую бурду. Временами хмурился, временами взмахивал руками, будто мысленно спорил с собой.

Аня поглядывала на него, отщипывала черепички шоколада с пирожного и думала, что Рыжий являет собой яркий пример необратимого роста энтропии. Ему исполнилось уже тридцать пять, и год от года Герасимов-младший разъезжался в стороны. Округлялся. Ка-ба-нел. Сидячая следячая работа помогала мало, как, впрочем, и переизбыток желчи в поведении, и единственный на свете друг Ани медленно подыхал. И это волновало её куда меньше, чем следовало бы.

Потому что её отец – убийца?

Живот стянуло холодком.

– Она не уверена в себе, – выдал Рыжий и стукнул пустым стаканом о столешницу.

Аня покачала пальцем.

– А-а. Домыслы. Ты не можешь определить это по билету.

– Да что ты мне пальцем водишь?! Домыслы! Домыслы – это буянить в океанариуме в тупейшей надежде, что это приблизит к преступнику. Домыслы – это селить у себя девку с неустойчивой психикой, а потом стоять над ней как над твоей козой, там, или лошадью. Домыслы…

Рыжий замялся и заглох. Аня подождала продолжения, затем двумя руками подняла чашку и глотнула кофе.

– Я вся внимание.

– Помада на билете слишком яркая для её возраста; место выбрано так, что лицо всегда в тени. Черты от этого сглаживаются, она выглядит моложе.

Аня покачала головой.

– Ну, я тоже сюда села, разве я не уверена в себе?

Рыжий фыркнул, подцепил ветку зелени из салата и пожевал.