Проводник

– А в чём фишка? Почему я прочёл не то, что другие? Там какой-то подвох кроется вроде скрытого текста? У меня что, зрение иначе устроено?

– Ну, можно сказать и так, – уклончиво ответил «профессор», как мысленно окрестил его Николай. Правда, тут же пояснил: – Здесь дело в особом измерении пространства. Вы можете видеть его в отличие от большинства людей. Если вообще не в отличие от всех.

С последними словами он грустно вздохнул, надолго замолчав. Застывшие глаза уставились в пол. И без того худое лицо ещё больше осунулось.

Глубже прорезались морщины. Словно состарился вмиг на лишний десяток лет.

– Хотите сказать, я вижу другие измерения? – скептически хмыкнул Николай.

– Думаете, они не существуют? – Собеседник одарил его лукавым взглядом. Поправив очки, продолжил: – Видите ли, уважаемый… Простите, как вас по имени-отчеству?

– Можно просто Николай.

– Очень приятно. – Протянув руку, профессор тоже представился: – Швец Лев Карлович, к вашим услугам. Учёный, как вы, наверное, поняли.

Они пожали друг другу руки.

– Так вот, – вернулся Лев Карлович к своему рассказу. – Я долгое время изучал теорию поля. Вёл свои, так сказать, изыскания. И пришёл к весьма любопытным выводам. Понимаете, существует некий принцип калибровочной инвариантности. Симметрии то есть. Он объединяет и квантовую электродинамику, и теорию электрослабого взаимодействия, и квантовую хромодинамику, и так называемую теорию великого единения полей. Это всё рассматривается в комплексе.

И что же из него вытекает? Правильно, многомерность взаимодействий. Эту идею, кстати, ещё в двадцать первом году выдвинул Калуца…

– Кто? – со скучающим видом спросил Николай, чувствуя себя двоечником на уроке физики.

– Теодор Калуца, поляк, – отмахнулся профессор, не собираясь, как видно, вдаваться в ненужные подробности.

– Понятно, – обречённо вздохнул его невольный слушатель, хотя на самом деле совершенно ничего не понимал.

Швец воспринял это как сигнал к действию, снова оседлав любимого конька:

– То есть классическая наука на сегодняшний день не в состоянии объяснить и понять реальный окружающий нас мир без влияния на него иного, параллельного мира, невидимого нашему глазу.

И тут на помощь приходит теория суперсимметрии, объединяющая все существующие взаимодействия в природе, включая гравитацию. Причём взаимодействия не только полей, а и веществ. У любой нашей частицы «здесь» есть свой суперпартнёр «там».