Первоочередной

– Когда я представлял, какой ты, сначала мне рисовался очень интересный человек, который ходит в море, переживает массу приключений. Но планка ожиданий постепенно падала. И знаешь, что?

– Что? – без особого энтузиазма ответил Дима.

– Ты оказался даже хуже, чем я думал.

– Какой сюрприз. – Автор встал с кровати. – Спасибо на добром слове, дорогой друг.

– А знаешь, почему я затеял этот разговор? – Сеня тоже встал, подчёркивая свой рост.

– Ну?

– Потому что ты ничего не делаешь.

– Как это? – искренне опешил писатель.

– Я у тебя живу целых три месяца. Не считая двух, когда я только искал тебя. За это время ты потратил целых пять минут на то, чтобы посидеть с умным лицом и сказать: “Я не знаю, как тебя вернуть”.

– Сеня, тебя что-то не устраивает? – Дима окончательно завёлся. – За это время я не успел заметить, как ты убиваешься по Астролябии или делаешь хоть что-нибудь. Целыми днями залипаешь у компа, а толку с этого? Хоть бы на работу устроился. Или документы сделал, на худой конец.

– О, как мы заговорили, – воин поморщился.

 – Думаешь, я справлюсь без твоей помощи? Ты хоть представляешь, что со мной сделают, если я со своим лицом завалюсь в полицию и скажу, что хочу восстановить паспорт? В лучшем случае депортируют. Только вот куда? На Кавказ я не хочу. Да и что, есть другие варианты?

– Хорошо, с документами проехали, – автор почувствовал, как сдаёт позиции, но решил не уступать до конца. – Что насчёт самому подумать, как вернуться?

– Ты дурак? – Сеня выразительно посмотрел на своего создателя.

– Предположим, что нет. – Дима пошёл на кухню. – Чаю хочешь?

– Давай, – сказал воин и снова перешёл на обиженный тон, чеканя автору вслед: – Кто из нас писал книжку? А? Может, тебе Туве Янссен на ушко шептала халтуру? А то мне кажется, ты и такое не смог бы создать.

– Сеня, я попытался продолжить. – Писатель сел на стул и закрыл лицо руками. – Но я уже говорил, что не получается. Вообще.

– Так не продолжай. Начни заново.

– До тебя реально не доходит, – Дима сжал кулаки.

 – Я вообще не могу писать, как только думаю об этой книжке.

– Начни другую.

– Во-первых, нафига? Во-вторых, не могу. – Заметив, что Сеня закатил глаза, писатель добавил: – Как в этой обстановке прикажешь что-то сочинять?

– Тогда вали в рейс, – Натахтал повысил голос, и у Димы завибрировало в груди. – Или у тебя просто появился хороший предлог оставаться в отпуске подольше?

– Ты же знаешь, что нет, – автор посмотрел своему творению в глаза.