Лесные твари

 – Ты ж не хрена не знаешь, что случилось!

Демид собрался возразить, но глянул в глаза майора и понял. Молча плеснул в стаканы, сел рядом.

– Ну, за что пьем-то? За знакомство или por salud[16 - За здоровье (исп.)]? Хотя какое уж там здоровье?

Майор Антонов выпил свою порцию молча. Вытер губы ладонью. Приподнялся, разлил остатки мадеры. Показал глазами – пей, мол.

Выпили.

– А сейчас, – сказал Антонов, – я тебе сильно настроение испорчу. И я тут не при чем. И Контора наша тоже совершенно не при чем.

И вообще, если бы я знал, кто тут при чем, я бы к тебе не пришел. Сам бы во всем разобрался, а потом бы Нобелевскую отхватил. Только мне это не по зубам, чувствую.

Майор взял со стола видеокассету, небрежно отброшенную Демой, подошел к видеомагнитофону, пихнул кассету в отверстие.

– Включай, – сказал он. – Заводи кино, остряк. Комедия – такую ты еще не видел. И пакетик приготовь – как в самолете, если поблевать потянет.

Сердце Демида неприятно зашебуршилось.

Он решительно не знал, что такое он мог там увидеть – связанное с ним, с Демидом, и заставившее надраться до свинского состояния такого непрошибаемого быка, как Антонов. Может быть, что-то забытое ?

– Я не хочу, – сказал он. – Это может нарушить равновесие.

– Жми, жми на кнопочку! – Майор прикуривал и пальцы его тряслись. – Равновесие, бля! Нету больше никакого равновесия. Амба! Рухнуло все к чертовой матери! Не прячь башку в песок, парень. Знаешь, как у нас, медиков, говорят? Если ты не схватишь рак, то рак схватит тебя.

Хватай, парнишка! Твоя неделя.

Дема щелкнул пультом. Похоже, майор уже не боялся ответственности за разглашение служебной тайны. Случилось нечто, заставившее встать его выше ответственности. Или разделить ответственность с Демидом.

На экране появилась лаборатория – та самая, в которой вчера Демид так красиво и профессионально орудовал скальпелем, разрезая непонятного мутанта с непонятными зубами, названного почему-то Королем Крыс.

Камера смотрела прямо на останки Короля Крыс, на холодильник с прозрачной дверью, на полках которого стояли сосуды и подносы с органами Короля Крыс, дожидающимися дальнейшего исследования. И стекло это было очень чистым, и было видно все, как на ладони – почки, кишки, глазные яблоки и вся прочая мертвая дрянь, оставшаяся от дряни живой.

Минут пять ничего не происходило. Майор молча курил, Демид молча смотрел.