Закон улитки

Видимо, спали, но, услышав лязг двери, проснулись, сели.

Правая рука одного была соединена наручниками с левой рукой второго.

– Ну как нашим канарейкам в клеточке? – спросил нараспев Сергей Павлович, подойдя к ним поближе. – Жалобы на обращение есть?

Один из близнецов отрицательно мотнул головой. Виктор внимательно заглянул в их лица – синяков и ссадин не было.

Провожатый достал из внутреннего кармана камуфляжной куртки сложенные вчетверо листки. Протянул шефу. Тот развернул, тут же минуты три-четыре внимательно читал.

– А с кем все-таки вы разговаривали в сауне? – спросил он, дочитав «сочинение» близнецов.

– Да мы не знаем, это Жора его знает, – ответил один.

– Ладно, даю вам еще сутки, – Сергей Павлович протянул исписанные листки «разговорчивому» близнецу. – Вспомните и допишите то, чего здесь еще нет. Если я вдруг не найду в вашем сочинении того, что мне самому известно, – будем делать вас сиамскими близнецами, и без наркоза. Пошли!

Провожатый закрыл дверь камеры близнецов. Оглянулся на шефа.

Во второй камере изрядно побитый и прикованный наручниками к кольцу в стене стоял на коленях Жора. Когда они зашли, он медленно обернулся.

– Ну что, лохотронщик житомирский, вспомнил, с кем в сауне говорил? – Сергей Павлович опустился на корточки и смотрел теперь шефу «имиджмейкеров» прямо в глаза. – Знаешь, у меня больше нет времени на разговоры. И денег на твое содержание жалко. Ты думаешь, ты здесь за бюджетный счет сидишь, сука? Я за каждые сутки пятьдесят баксов плачу… И, честно говоря, не вижу смысла больше тратиться… Мало того что ты грубо нарушил Закон улитки, так еще и молчишь!

– Какой еще закон? – промычал Жора.

Сергей Павлович медленно поднялся с корточек, вздохнул. Поискал взглядом сочувствия у Виктора, но Виктор никак на взгляд шефа не отреагировал. Просто уже спал на ходу. Хотя слушал и слышал все, что говорилось в камере этой частной тюрьмы.

– Саша, – Сергей Павлович обернулся к провожатому, – будем больного выписывать… Накачаешь его наркотиками и ночью с моста в Днепр… Незнание закона не освобождает от наказания.

Виктор вышел первым, потом шеф. Когда провожатый Саша закрыл дверь камеры на ключ, оттуда донесся крик. Саша обернулся на шефа, тот жестом показал: «Не реагировать!» И ключ в двери провернулся еще два раза. Жора снова закричал. Сергей Павлович стоял и смотрел внимательно на закрытые железные двери. Потом попросил Сашу снова открыть камеру.

– Ты что-то хотел сказать? – спросил он Жору.