Лис. Град проклятых

Стопчете конных, а после – ударим на пехоту сообща – вот тогда они побегут как тараканы.

– Добрый план, – кивнул рыцарь, после короткого раздумья и поделился планами с оставшимися всадниками.

– Не гневись, боярин, а мне-то где быть тогда? – Лесобор с сомнением посмотрел на одну из оседланных лошадей разбойников – четвероногие твари не любили волколаков – и это было взаимно. Оборотень знал, что стоит только ему попытаться оседлать хоть одну из них – та сразу же покажет зубы, чуя волка.

– Останешься при мне, здесь, – он указал на людей в телеге. – Поможешь мужикам не пужаться раньше сроку. Бронь куда дел, паршивец?

– Да туточки она, – волколак покраснел. – Никуда не денется – под кустом лежит себе…

– Она целое стадо коров стоит, дурья башка, я тебе для чего ее дал? – застрожил Лисослав.

– Так я это, того-этого, – стушевался еще больше оборотень.

– Бронь вздень – без разговоров, – распорядился боярин. – Мож за воя издали сойдешь – будут осторожничать и не станут сразу нападать! На вот.

С этими словами Лисослав протянул ему свою тяжелую рогатину.

– А ты как же, боярин? – забеспокоился волколак. – чем бить будешь?

– А хером, – белозубо осклабился старый воин. – Ка-ак разгонюсь, да как шарахну!

У всадников, понимающих славянскую речь, прорезались скупые ухмылки.

– Я тоже останусь, – пояснил он. – Притомился, да и староват я для конных скачек. За Арнольтом проследить нужно, чтоб не добили – вон, как его скрючило. Да и тут, посидеть, подождать мне, старику – самый раз будет, коли боярин не прогонит.

– Не прогоню,– заверил Лис.

Рыцарь протянул старику франкский самострел.

– Береги свою седую голову, Удо.

Старик подмигнул рыцарю, и устало присел на край телеги. Рудольф повернулся к боярину:

– Удачи, добрый сэр. Постарайтесь продержаться до нашего удара.

– Не задерживайтесь с ним, – в ответ на учтивый кивок, боярин так же кивнул – как равный равному.

Конный отряд скрылся в дебрях леса.

– Эх, не пропало б бабино трепало, – покачал им вслед головой оборотень. – Пусть все получится.