Сладкий привкус яда

– Ах, какая смешливая выискалась! – ощетинился я, предчувствуя серьезный натиск со стороны девушки. – Тебя же предупредили – разговор мужской! Лучше тропу пробивай, чтобы мне легче было нести инспектора.

– Инспектор, он толкает вас на должностной подлог!

– За раскрытие преступления Столешко вам дадут орден, – пообещал я, тоже скатывая снежок.

– Родственники погибшего Столешко потребуют от вас компенсации за моральные убытки! – пригрозила Татьяна.

– Вспомните про потолок, – вернулся я к самому сильному аргументу.

 – Если мы не обезвредим Столешко, то он вас посадит.

– Мне жаль ваши звезды, – вздохнула Татьяна.

У инспектора лопнуло терпение. Он дернулся в своем сугробе, отмахнулся от солнечных лучей и сердито крикнул:

– Тихо! Всем молчать!

Мы подчинились. Казалось, в наступившей тишине утомленные горы облегченно вздохнули. Инспектор наморщил свой лоб древесного цвета и погрузился в раздумия. Он взвешивал все "за" и "против", причем этот процесс раскачивал его из стороны в сторону.

– Сделаем так, – наконец огласил он приговор, опираясь руками о снежную доску перед собой. – У нас все-таки недостаточно аргументов для того, чтобы возбудить против Столешко уголовное дело. Можно сказать, их вообще нет. Я могу проявить настойчивость и взяться за это дело, но министерство не выделит мне ни одной рупии.

– Меня интересует не столько возможность расследования этого дела, – мягко поправил я, – сколько ваше официальное заключение.

– Ну какие еще могут быть вопросы, инспектор! – взорвалась Татьяна.

Снежок просвистел над моей головой. – Он же открытым текстом говорит, что добивается официального признания Столешко преступником! Ему во что бы то ни стало надо кинуть тень на альпиниста! Вы посмотрите на его физиономию! Он даже не скрывает ухмылки! Может быть, это он сам убил Родиона!

Кажется, она даже испугалась такого крутого заноса, вмиг замолчала и опустила глаза. Инспектор с вялым любопытством взглянул на меня, чтобы убедиться, что я в самом деле не скрываю ухмылки.

Я пожал плечами и развел руки в стороны, бессловесно возмущаясь хулиганской выходке Татьяны.

– А что вам лично даст официальное заключение? – спросил он, выгибая дугой одну бровь.

– То, что мошенник Столешко уже не сумеет осуществить свой коварный замысел и завладеть наследством князя Орлова.

Инспектор стал нервно покусывать кончики усов. Он мысленно цыганил, чем для него может обернуться ошибка в оценке происшествия.