Контролер

– Пойду, гляну, что за хата. Вы не расслабляйтесь. Если все срастется, есть будем за столом.

Он расстегнул ремень, опустил Пижона на землю. Тот сел, попытался выпрямить затекшие ноги. Лицо скривилось от боли. Фаза сбросил вещмешок, направился к дому. Профессор остался стоять. Он пристально смотрел ему в спину, не обращая внимания на Пижона, который стонал и двигал ногами, словно паралитик.

Со всеми предосторожностями сержант обошел дом, по пути заглянул в разбитое окно, прислушался. Постройка казалась брошенной: сломанная кровать, матрас на полу, на нем скомканное плесневелое покрывало, вещи разбросаны, повсюду сухие листья.

Взгляд задержался на глянцевом журнале возле ножки столика.

Крыльцо под ногами скрипело, как проклятое. Заржавевшие петли двери провизжали: «Пришли гости, мля». Фаза остановился у порога, медленно обвел взглядом помещение: скромные пожитки, беспорядок, разруха, разбитые стекла, пыль, на покоробленном подоконнике пучок жухлой травы, кругом засохшие листья. По стене, где стекал дождь, бревна позеленели, покрылись язвами серого мха.

Тишина, мертвая стылая тишина. Сержант собрался проверить чердак, но вспомнил про глянцевую обложку. Она так блестела в пыли, словно журнал положили только что. Осторожно, поскрипывая битым стеклом на полу, Фаза прокрался в спальную. Запустил от двери взгляд, как ищейку по следу. Взгляд вильнул на полпути до заветной периодики и устремился в разбитое окно. На опушке происходило непонятное, какая-то возня.

Еще секунду он всматривался, а затем бросился назад.

Бежал, как только мог, не обращая внимание на боль. При этом пригибался, старался до последнего оставаться незамеченным. Подогнанная амуниция почти не бряцала, руки крепко сжимали автомат. Фаза не сводил взгляда с борющихся людей. Судя по куртке и седому затылку, профессор побеждал.

С хода Фаза ударом приклада в голову, сшиб Олега Юрьевича с полумертвого Пижона. Профессор тряпичной куклой уткнулся Пижону в плечо, из ослабевшей руки выпал перочинный нож.

– Вот же, сука, – стонал парень, стараясь столкнуть с себя тело.

Легким движением, словно мешок с сеном, сержант отбросил ученого в сторону. Он сразу заметил кровоточащую рану на шее стрелка, опустился на колено:

– Ну-ка, подними голову, – сухо сказал он.

– Ща, – Пижон тяжело, порывисто дышал и старался сесть. Когда это получилось, тронул горло, где ощущалась боль. Отодвинул руку, пальцы были в крови:

– Вот же, гад.

– Дай посмотрю, – настаивал сержант.