Контролер

Если он и на самом деле существует не факт, что исполнит именно то, чего попросишь. Я так понимаю, это вещица неизведанная, поэтому вы с собой тащили столько оборудования. Ведь так? Вы хотели его исследовать.

– Да, но он на самом деле…

Фаза поднял руку, останавливая профессора:

– Я недоговорил, – удостоверился во внимание, продолжил, – Пижону, – он мотнул головой на парня: «Все же придется сказать», – осталось совсем чутка и в случае осечки с «шаром», он труп. Не факт, что в госпитале помогут, но там шансов больше, к тому же моя совесть будет чиста.

Мы идем на кордон. Если хотите, давайте с нами. Как только пристрою стрелка, повернем назад. Времени потеряем немного – два дня от силы. У тех, кого привалило, есть еда, вода и медикаменты – продержатся. Тем более, как вы говорите, полтергейст мертв. Заодно вас в госпитале заправят, думаю, у них найдется что-нибудь эдакое. Может, к тому времени и Товаруга проявится, если, конечно, живой. Вот такой у меня план. Решайте, проф, идете с нами или остаетесь?

– А Пижон? Он что думает? Почему ты ему не даешь высказаться? Это ведь его жизнь и здоровье, – зашел профессор с другой стороны.

– Если заметили, его тащу я. Я и выбираю, куда мне идти. Так что тема закрыта.

– Да…, – Олег Юрьевич было дернулся в очередном порыве уговорить сержанта, но остановился. Он склонил голову и с минуту напряженно думал, затем сказал:

– Хорошо, я иду с вами. Надеюсь, моего коктейля на два дня хватит, – снизу вверх он неотрывно смотрел на сержанта.

– Тогда ходу.

Фаза посадил Пижона на спину, для удобства стянул ремнем его ноги в коленях у себя на талии, а чтобы не соскальзывал, пропустил через петлю спереди на разгрузке. Хотел было отдать вещмешок профессору, но передумал.

Они снова шли, Фаза с Пижоном за спиной впереди, следом ученый. Сержант обратил внимание, что у того нет оружия.

Километров через семь вышли из леса. На заросшем сухом поле примерно в метрах двухстах от опушки стояла приземистая, почерневшая от времени изба, с покосившимся забором и рухнувшим сараем, от которого остался торчать лишь столб с петлями.

Прежде чем направиться к жилищу, сержант несколько минут рассматривал его в бинокль: старый бревенчатый дом, некрашеные венцы выгорели и почернели, жестяная крыша хоть и просела, но еще держалась, стекла в маленьком окне выбиты, верхний наличник отвалился, печная труба почти вся рассыпалась, двери с крыльцом не было видно. Никаких движений и признаков обитаемости Фаза не заметил.