Раскаты

– Здорово! – девочка хлопнула в ладоши. – Ты просто обязан увидеть ее! Она такой прекрасный номер исполнила, и музыка…

– Ника, ты сейчас суп опрокинешь, – сердито заметила Софья Петровна. Впрочем, когда Арцыбашев посмотрел на мать, женщина легонько кивнула, полностью одобряя решение.

11

Машина Арцыбашева неторопливо ехала в сторону Театральной площади, к Мариинскому театру. Он был виден издалека – громадный и ослепляюще-яркий, манивший к себе всех любителей нестареющей классики. На подъезде образовалось плотное движение – вереница пролеток лениво ползла вдоль тротуара.

Перед самым входом она останавливалась – ровно настолько, чтобы пассажиры успели расплатиться и выйти – и после этого двигалась дальше, уступая место новым экипажам.

Арцыбашев не стал ждать своей очереди. Выскочив из «форда» на медленном ходу, он просочился через сонный поток и вошел в огромное фойе.

Из распахнутых дверей зала играла музыка – оркестр настраивался. Яркий свет и бархат кресел манил в сказочный мир, закрытый для простых людей.

Обилие черных фраков и разноцветных пышных платьев поначалу сбил Арцыбашева, но, постояв пару минут в стороне, понаблюдав за толпой и поняв, что среди них много знакомых лиц, но они все заняты и не замечают его, он спокойно вздохнул и направился в боковую галерею.

Его излюбленное место, второй балкон с правой стороны, был пока пуст.

– Ваш билет, пожалуйста, – попросил молодой контролер.

– Пожалуйста, – Арцыбашев достал бумажник. – У меня их предостаточно.

Короткая сделка увенчалась успехом. Доктор уже хотел пройти под полог и занять свое любимое, крайнее кресло, но тут его окликнули.

– Александр Николаевич! – какой-то молодой темноволосый парень в слегка потертом клетчатом костюме шагнул к нему, протягивая руку. – Ба, я вижу, не признали? – спросил он, не дождавшись приветствия.

– В общем-то, нет, – холодно ответил Арцыбашев. Он не любил, когда его одергивали и нагло лезли с рукопожатиями.

– Антон Марков, репортер из газеты «Белая ночь».

Мы встречались на одном собрании, в университете, помните? Павлов представил свою Нобелевскую медаль и прочел доклад.

– Вот как? – Арцыбашев напряг память, и вспомнил. Действительно, на собрании хирургов и физиотерапевтов в Санкт-Петербургской академии наук, которую этот несведущий парень назвал университетом, были журналисты, включая него. – Вы, кажется, что-то спрашивали у меня?

– Верно! – улыбнулся Марков. – Ваша цитата вошла в мою статью.