Исчезнувший в подземельях Шамбалы

В 1942 году обер-лейтенант Обермайер в неравном бою вывел из строя английский крейсер, одна из торпед его «Гончего пса» повредила рулевое управление, обездвижив бронированную махину, а налетевшие «певуны», Юнкерсы 87, успешно потопили его. За этот бой он получил Немецкий крест в золоте и погоны капитана-лейтенанта.

И вот прошли эти годы боевых побед, а что сейчас? Английская и американская авиация полностью перехватила всю инициативу в небе. Место «Мессершмиттов Bf. 109» заняли «Спитфайры» и «Мустанги». И сейчас только полный болван не понимает фатального поражения Германии.

И в этот момент, когда его боевую единицу ждут на передовой, он вынужден встречать какого-то эсэсовца с его секретным грузом. Неужели командование не могло на эти цели отправить другой экипаж? Последнее пополнение вполне справилось бы с этим заданием, тем более в тылу. И самое удивительное, что накануне его лично инструктировал заместитель начальника штаба дивизиона фрегаттен-капитан Мольке.

Нет, в этом ничего необычного не было, Мольке всегда давал подробное наставление перед каждой серьезной операцией, тут дело в другом – что поведал в этот раз фрегаттен-капитан.

– Завтра в 7 часов 15 минут примешь на свой борт груз с сопровождающими. Поступаешь в подчинение гауптштурмфюреру СС Отто Вейзелю. Дальнейшие инструкции получишь лично от него уже на катере.

– Что за груз и куда следуем? – озадаченно спросил капитан-лейтенант Обермайер, не ожидавший такого поворота событий.

– Не знаю. Тебе все скажут.

– Но я же должен знать направление и расстояние, вес и габариты груза, запас топлива, в конце концов… Что за секретность?

– Ничем не могу тебе помочь. Сам ничего не знаю. Приказали найти самого опытного. Да, еще, все торпеды выгрузи… Хотя одну оставь для самообороны. И повесь дополнительные топливные баки на всякий случай.

В общем, не мне тебя учить.

– А если в Америку? Что тогда? – съехидничал Обермайер.

– Не передергивай. Ты не хуже меня знаешь, что в Америку отправили бы подводную лодку. Твой «Гончий пес» туда однозначно не доберется. Мне самому многое не нравится, но это приказ, причем оттуда, – Мольке направил палец на висящий на стене портрет гросс-адмирала Карла Деница. – А может, и выше.