Исчезнувший в подземельях Шамбалы

Мощные двигатели помогли Обермайеру успешно увернуться от атаки. Капитан на ходу перезарядил торпедные аппараты и снова нанес удар, от которого английский корабль уже не смог уклониться. «Абукир» затонул в течение десяти минут.

Мостик судна был обложен бетонными плитами от атак люфтваффе, но его «Гончий пес» ударил оттуда, откуда не ждали. В британской прессе это событие было широко отражено как «зверства гуннов». Там, в частности, было указано, что немецкий торпедный катер, освещая место катастрофы прожектором, обстреливал выживших из пулемета.

Но это полностью противоречило записями в журнале S-34, который после выстрела торпед отступил на полной скорости и даже был засыпан обломками взорвавшегося судна. Свидетельские показания матросов торпедного катера подтвердили, что британцы лгут. Конечно, война – это не то место, где носят белые перчатки со смокингом, но существовало негласное правило у экипажей катеров и субмарин – не добивать спасающихся в воде моряков. Как поступали в таких случаях танкисты, Альбрехт не знал, но от его школьного приятеля, зануды Гюнтера, летчика Люфтваффе, летавшего на торпедоносце «Хейнкеле 111», он не слышал, чтобы кто-то расстреливал спускающихся на парашюте сбитых вражеских летчиков.

Так что вполне заслуженно за этот бой лейтенанта Альбрехта Обермайера наградили Железным крестом первого класса с присвоением внеочередного воинского звания.

Он прекрасно помнил тот момент, когда сам командующий группой «Вест» адмирал Альфред Заальвехтер награждал его, новоиспеченного обер-лейтенанта военно-морских сил, столь высокой и долгожданной наградой.

После захвата северного побережья Франции перед немецким флотом открылась невиданная перспектива – фланг важнейшей прибрежной коммуникации противника стал полностью открытым не только для полномасштабного минирования и налетов люфтваффе, но и для атак шнелльботов.

Появились новые катера – крупные, хорошо вооруженные, мореходные. Опыт атак обобщался и анализировался, и это означало, что для британских сил в Ла-Манше наступили тяжелые времена.

Набравшись опыта, экипажи шнелльботов, в том числе и его S-34, уже наносили поражения не только единичным судам и кораблям, но и целым конвоям. Ла-Манш перестал быть «домашними водами» британского флота, которому предстояло защищаться от нового противника, создавая не только принципиально новую систему охранения и конвоирования, но и корабли, способные противостоять смертоносному творению фирмы «Люрсен».