Земли родной минувшая судьба

– Что тут решать, Нефёд? Пусть забирает.

– Всё равно зарежет её весной, как в поход пойдём.

– Аль не пойдём?

– Пойдём, – ответил Нефёд. – Я в Городе договорился, что б нам оружие огненного боя припасли. Плохо мы из луков стреляем, браты, из ружей оно попроще будет.

– Что удивительного? Татары из луков с детства стрелять учатся.

– Эх, а такую красу жалко резать будет.

– А тех персиянок не жалко было?

– Жалко. А что делать? Обычай есть обычай.

– Что ж, – сказал атаман, – владей девкой, Нечай, до весны, а там ты обычай знаешь.

– Знаю, – сказал Нечай.

– За девку ногаи, что потребуют, что сказать? – спросил Семён Арзамасец, он был есаулом в станице.

– Саблю отдам, ту, что под Баку у персидских татар в прошлом году взял.

– Не жалко? Красивая сабля, дорогая, – сказал Арзамасец, – и досталась она тебе нелегко.

– Нет, не жалко, ещё добуду.

– Добро, – сказал Мещерин. – Так ступай в самую маленькую землянку с татаркой своей, саблю принеси утром. Так что с конями будем делать, товарищество?

– Пущай до утра здесь ходят, чай с голода не подохнут, а утром к ногайским татарам их отгоним.

Нечай привёл Каенкай в самую маленькую землянку, рассчитанную на двух человек, а не на шесть, как в остальных. Здесь год как никто не жил, уменьшилась станица за четыре года, есть и ещё землянки пустые, побольше этой.

Нечай развёл в печи огонь и ушёл куда-то. Вернулся он с водой, мукой и мясом. Быстро приготовил ужин.

– Устала, наверное, за день, Каенкай?

– Брата убили, – сказала она грустно и не в попад.

Нечай вздохнул, сказать на это не чего, а она, наверное, думала об этом всё время.

– Тут прибраться надо бы по-хорошему. Да ладно, завтра. Иди спать вон туда. Что ты так на меня смотришь? Что я – зверь? Успеем ещё. Отдыхай.

Утром Нечай отнёс саблю. Сабля дорогая, ножны дорогой кожи в каменьях драгоценных и в позолоте, рукоять такая же. Воевать такой не будешь, но вещь красивая.

К ногаям поехали есаул Семён Арзамасец, Тит, Влас Мыкин и Тимофей Муха.

Вернулись, когда уже смеркалось, на лошадях в сопровождении одного татарина. За ним тянулась цепочка из пяти лошадей, на каждой из которых были привязаны по две овцы. Овец поменяли на добычу Нечая и Тита.

– Лошадей на баранов сменили, – усмехнулся атаман.

– А что? Зато охотиться долго не будем, Нефёд, – весело ответил есаул.

– Хорошо, завтра зарежем, а сейчас их вон в той пустой землянке заприте.