Гибель красного атамана

– Отставить! – приказал войсковой атаман.

Казаки отскочили. Назаров встал, оправил китель и казакам:

– Ведите! – и пошёл вперёд, казаки за ним.

– И председателя Круга войскового старшину Волошинова туда же! – приказал Голубов.

– А как же мы? – донеслось беспомощное из рядов членов Войскового Круга.

– Убирайтесь к чёрту! – закричал Голубов. – Не до вас мне!

И члены Войскового Круга бросились к дверям.

Голубов смотрел на это, ухмыляясь: «Победа!» Новый Войсковой Круг трудового казачества выберет атаманом именно его, в этом нет сомнений.

Теперь надо избавиться от большевиков и установить на Дону собственную власть. И первое, что надо сделать, это взять под свой контроль арсенал. Голубов с казаками захватил атаманский дворец, а там забрал себе воронова жеребца атамана Каледина и на нём отправился к арсеналу.

По дороге заметили, что группа красногвардейцев поставила к стене дома двоих студентов и намерена их расстрелять.

– А ну стой! – загремел Голубов. – Что это вы тут затеяли?

– Кадетов расстреливаем, – простодушно сообщил командир красногвардейцев.

– Кадеты – это конституционные демократы или учащиеся военных училищ, а это… – он подъехал к двум студентам, – студенты Новочеркасского реального училища.

Один из студентов дрожал от страха, по лицу его текли слёзы, другой как бы уже отрёкся от себя и ничего вокруг себя не замечал. Голубов дружески кивнул студентам, мол всё обойдётся.

– Они будущие мастера, начальники над рабочими, – продолжил Голубов.

– Во! Начальники! Над рабочим классом будут измываться. Значить к ногтю! – обрадовался командир.

– Тогда и тебя к ногтю! Ты тоже начальник, – и студентам: – Идите домой и по ночам не шатайтесь.

– А ты кто такой? Распоряжаешься тут!

– Я красный атаман Голубов. И не распоряжаюсь, а приказываю отпустить ребят.

– Ну, тогда вся ответственность на тебя, товарищ Голубов.

– Конечно. Идите, ребята, чего стоите?

Тот, что плакал, взял другого за рукав и повёл в темноту.

– Где мы, Федя? Что с нами?

– Пока не в раю. Отпустили нас.

Слёзы у Фёдора уже высохли, а штаны по-прежнему мокрые, хорошо, что это не видно, хотя Голубов мог догадаться. Они пошли вперёд. На перекрёстке понуро стояли две привязанные к дереву лошади, неподалёку лежали трупы их хозяев. Студенты подошли.

– Офицеры, – сказал очевидное тот, кого звали Фёдор.