Сила инстинкта. Том 2

Вдоволь насытившись, господин встал и надел халат. Велел одеваться и ей. Девочка надевала свое истрепанное платье и плакала. Ей не хотелось уже ничего, даже к маменьке. Только умереть. И лучше бы это произошло прямо здесь, чтобы больше не мучиться. Но увы, она осталась жива, хоть и вся избита. Чувствовала, что эти раны будут заживать дольше прежних.

Налив ей ароматного ликера, чтобы успокоилась, господин вывел ее из дому. На прощание сунул кредитный билет – сколько именно, Глаша не видела, – вытолкал ее и ушел домой, прикрыв за собой калитку.

Она совсем немного отошла от дома, как вдруг из кустов появилась темная фигура. Фонарь не горел, а потому она не смогла разглядеть его лица.

Глава 37

Упырь медленно подошел к девочке и посмотрел на нее. Платье ее было разорвано, все лицо в крови: глаз распух, губа кровоточила, бровь разбита. Тем не менее, даже в таком состоянии она была чудо как хороша. Красивая, стройная, но совсем еще ребенок.

– Девочка, что с тобой? – участливо спросил Упырь. – Скажи, кто с тобой такое сотворил?

Девочка не выдержала, из глаз брызнули слезы. Обхватила черного человека за талию, прижалась к груди и заревела. Да так сильно, что Упырь даже опешил. Его рука в черных кожаных перчатках провела по белокурым волосам плачущего ребенка, потом опустилась ниже и оказалась на худенькой спине, на которой даже сквозь одежду ощущались ребра.

– Мочи нет, дяденька. Плохо мне, очень плохо. Не знаю, как дальше жить.

Говорила она это сквозь слезы, а тело вздрагивало от всхлипываний. Человек в черном оторвал ее голову от своего тела и внимательно посмотрел в ее отекшие, но оттого не менее прекрасные, большие глаза.

– Что ты, не плачь. Все ведь хорошо. Посмотри, какая ты красивая. Как эта луна.

Девочка посмотрела на круглую луну, но никакого сходства с ней не находила. Вот полевой цветок – это да. А луна то что?

Сердце Упыря бешено заколотилось.

– Ты красивая, – приговаривал странный человек. – Ты очень красивая.

С этими словами он сильно прижал ее к себе и страстно поцеловал в губы. Девочка стала сопротивляться, но оказалась будто в тисках. Упырь все целовал ее и целовал, хотя и чувствовал, что жертва сопротивляется.

– Пустите меня, дяденька.