Слезы Африки

Они прекрасно знали, что в их распоряжении была всего лишь пара часов, чтобы дойти и вернуться, до того, как сеньорита Маргарет начнет звонить в колокол, оповещая таким образом о начале уроков, а потому бежали они ровно и молча, прыгая на своих босых ногах через камни и упавшие деревья, пару раз перешли вброд речку и под конец, уже задыхаясь, забрались на вершину холма, откуда можно было видеть с одной стороны долину, а с другой небольшую равнину.

И не увидели там ничего.

Далеко-далеко на горизонте можно было различить столб пыли, и, тщательно изучив пейзаж, знакомый им до мельчайших деталей и не приметив там ничего, чтобы хоть как-то компенсировало затраченные усилия, рухнули на землю и принялись рассматривать белые облака, плывущие с запада.

– Вот дерьмо!

Не существовало более подходящих слов, чтобы описать настолько точно разочарование, охватившее их, и когда они отдышались и восстановили силы, веснушчатый спросил, не поворачивая головы:

– И что теперь будет?

– Может, ничего, – последовал не очень убедительный ответ.

– Но они не воняли, – задумчиво возразил тот, продолжая смотреть на небо.

Не было нужды говорить по этому поводу еще что-то, поскольку и так было очевидно, а Менелик Калеб знал это точно также хорошо, как и сам Бруно, что, несмотря на зной, тела не распространяли запаха, и было это по одной простой причине – трупы провели в воде менее суток, а за это время тихая река не успела бы принести их издалека.

– Что верно, то верно, – согласился африканец. – Не воняли они, но если бы солдаты были в округе, то мы увидели бы их отсюда.

Бруно Грисси поднялся, сел, обхватив руками колени, и опять начал смотреть, выискивая хотя бы малюсенькие признаки, выдававшие присутствие человека. В конце концов, передернул плечами и согласился с тем, что ничего подозрительного не было заметно и лишь легкий ветерок шевелил сухую траву да верхушки акаций.

– Будет лучше, если мы вернемся, – сказал он.

Обратный путь напоминал легкую прогулку, потому что ребята ограничились лишь тем, что столкнули в воду старое бревно, уселись на него, свесив ноги, и позволили течению тащить их, не беспокоясь ни о чем, кроме как держать одежду над головой, подальше от воды, и сохранять равновесие, балансируя ногами и свободной рукой.