Манаус

Манаус

Альберто Васкес-Фигероа

Четыре человека, проданные в рабство на каучуковые плантации, решаются на побег. Четыре человека: бразилец, американец, белая женщина и индеец, идут через непроходимые джунгли, спасаясь от наемников и охранников каучуковых баронов, преследующих их. Невероятные приключения, яркое и правдивое описание сельвы, опасные встречи с дикими животными: анакондами, ягуарами, кайманами и пираньями, и, конечно же, с людьми – пожалуй, самыми опасными существами в глухих, неизведанных лесах Амазонии.

Альберто Васкес-Фигероа

Манаус

Alberto Vаzquez-Figueroa

Manaos

Copyright © Vazquez-Figueroa

* * *

После стремительно несущихся вод в русле Амазонки, течение на Рио Негро, куда они свернули не так давно, было спокойным и плавным. Впереди сквозь листву замелькали огни города, далеко еще, но рулевой еле заметным движением весла направил лодку к противоположному берегу и одновременно приказал гребцам, чтобы налегли на весла.

Человек, сидящий рядом с Аркимедесом и скованный вместе с ним одной цепью, за предыдущие две недели, пока их везли сюда, не проронил и с полдюжины слов, а тут вдруг заговорил:

– Манаус. Знаешь это место?

Аркимедес отрицательно покачал головой.

– Нет. Я с Севера, из Алагоас.

В темноте он не смог разглядеть выражение лица сидящего рядом с ним человека, когда тот произнес:

– На каучуковых плантациях много северян. Они простаки, их легко обмануть.

– Ты оттуда?

– Вроде как. Родился под каучуковым деревом. Иногда мне кажется, что кормили меня не материнским молоком, а каучуком. Я знаю все, что только можно знать про эти поганые места и мне совершенно очевидно, что мы уже никогда оттуда не выберемся.

– Но я должен не так много, – возразил Аркимедес. – Бог даст, через год рассчитаюсь полностью.

– Не будь простаком, – послышался сзади хриплый голос. – Через год, даже если ты будешь работать за сотню человек, твой долг лишь увеличится раз, так, в десять, не меньше…

Аркимедес да Коста, по прозвищу «Северянин», брел по тропе, что сам же протоптал от дерева номер тридцать пять к дереву под номером тридцать шесть. Он вспомнил этот разговор, случившийся почти два года назад, когда в ночи появились далекие огни Манауса.