На обочине мироздания

Взъерошенные волосы под беретом на голове старого француза в мундире показались Мари довольно забавными, от чего она предположила, что прошлого начальника охраны, уделяющего больше внимания выпивке, местным женщинами и пышным балам, нежели своим непосредственным обязанностям, после гневной депеши Алехандро отозвали на материк.

– Вы, верно, решили нанести визит дорогому папеньке? – поинтересовался подполковник Фош, фасад роскошного дворца ясным летним днем выглядел еще более утонченно, словно бы загорелые лица молчаливых солдат с заряженными винтовками добавляли этому месту особенной почти церемониальной торжественности.

– Разве он отсутствует или занят настолько, что не может принять у себя дочь вместе с дорогой подругой? – спросила напрямую несколько надменно Исабель, ее очаровательная спутница с собранными волосами многозначительно молчала, ухоженная пальмовая аллея за ее спиной закрывала синюю полоску необъятного океана, три стеклянные башни вздымались к чистому небу у самого побережья.

– Сейчас вместе с господином мэром в кабинете находиться Гарсия Морел, – подтвердил изначальное предположение Иглесиас офицер, однако, будучи извещенным, что Исабель по материнской линии также принадлежала к роду Морелов, сказал: – Хотя не думаю, что для вас это будет проблемой.

– Вот и славно, дорогой Антуан, – улыбчиво произнесла принцесса затерянного архипелага, подполковник Фош отступил, и подруги, наконец, прошли в залы дворца колониального губернатора.

Пышные интерьеры здания, встретившие гостей молчанием, со времен французского владычества нисколько не изменились, лишь за место парадного портрета первого губернатора среди мраморных колонн главного холла стыдливо повисло полотнище флага островного государства. Своды грандиозного потолка в свете громоздких хрустальных люстр над головами юных дам сияли стерильной шелковой белизной, пока чистый мрамор пола перед высокими арочными окнами с изящными резными рамами золотился светом дня.

– Я ведь и не думала, что сиеста касается и сената архипелага, – призналась искренне Исабель, смуглая кожа на ее милом лице под прядями темных волос приобрела какой-то странный розоватый оттенок, словно бы девушка при появлении в стенах дворца всякий раз испытала легкое смущение, эта деталь показалась Мари особенно изящной.