Конец сказки

– Может и так, – флегматично согласился Мотыль. – Только до того, как копыта отбросить, он пятерых наших уже укокошил, зараза. Ногая с крыши столкнул, раз…

Беля фыркнул, как жеребец:

Ох! Нашел ты, Мотыль, Хонгильдона![25 - Главный герой одноименного худ. фильма «Hongildon» корейского режиссера Ким Гильд Инна (1986) был мастером рукопашного боя] Ногай… Тоже мне, панасоник узкоглазый.

– Да ты… – начал Мотыль вибрирующим от негодования голосом.

– Ну, что я?..

– Головка от буя! – выплюнул Мотыль, судя по голосу, еле сдерживаясь, чтобы не залепить собеседнику в рожу.

 – Да мы с Ногаем, чтобы ты знал, дела варили, зараза, когда ты еще мутной каплей висел, на конце своего папаши. Фильтруй базар, баклан, если не хочешь… – Мотыль, очевидно, собирался продолжить монолог, но голосовые связки изменили ему, из груди вырвался хрип, и он согнулся напополам, подавившись надсадным ухающим кашлем.

– Бросал бы ты курить, Мотыль, – сказал Беля, и как ни в чем не бывало, продолжил:

– И Рыжий был фуфлом.

Вертухай вшивый. В толк не возьму, зачем его Леня вообще держал?

Чиркнула спичка, из пещеры пахнуло табаком. Видимо, Беля снова закурил, и это было неудивительно, – советовать кому-то завязать с той или иной вредной привычкой и отказаться от нее самому – совсем не одно и то же. Планшетов втянул дым ноздрями трепеща, словно ездовая собака, учуявшая запах кочевья, означающий привал, кормежку и отдых. Он бы дорого дал за пару затяжек, но, мало ли кому из нас чего хочется? Конечно, можно было заглянуть в пещеру со словами «чуваки, курево есть?», Юрик даже представил себе вытянувшиеся, как в комнате смеха физиономии Бели и Мотыля, хоть никогда не видел их в лицо, и криво улыбнулся этой воображаемой картине.

«Прикалывайся, но знай меру».

Беля швырнул окурок в проем, Юрик не стал провожать его взглядом из опасения, что снова закружится голова.

– Пойду, звякну Леониду Львовичу, – сообщил Беля Мотылю, который не прекращал кашлять.

 – А ты тут присматривай.

– Иди на буй, командир сраный! – огрызнулся Мотыль через кашель. Планшетов решил, что час пробил, пора переходить в наступление, в то время как, торча на продуваемом всеми ветрами балконе, недолго заработать простатит. Или нефрит. Или еще дрянь какую-нибудь. Надвигающийся с севера грозовой фронт уже накрыл степь, обстреливая ее потоками воды, которые хорошо различимы издали.