По ту сторону неба

– Не в моих правилах нарушать договорённости, – Михаил посмотрел на Феликса, словно ища подвох, – Не метишь ли ты на моё место?

– Нет, мне и у себя в конторе проблем хватает.

– Смотри, Феликс, ты знаешь, как я решаю эти вопросы, – Михаил допил чай и бросил, – Чаевых не оставляй, не заслужили.

Дверь за Михаилом закрылась, задев колокольчик. Лёгкая музыка лилась из колонок у бара. Феликс листал список контактов, вспоминая, как он подписал Андрея, не замечая пристальных взглядов которые бросала на него можно одетая молодёжь.

*

Белый халат Марты лишь слегка пронизывали лучи, струящиеся сквозь чистое оконное стекло. Огромные шоколадные глаза, наполненные обожанием, взирали на Макса, улавливая малейшие изменения мимики и жестов. Это мгновение заворожило бы любого талантливого фотографа. Но, и по-другому быть не должно, этот момент остался надёжно скрыт от чужих глаз.

Потёртый кухонный гарнитур съёмного жилья потерял себя: ни посуды, ни набитых макаронами шкафов, ни приготовленного горячего ужина.

– А ты нет? – парировал Макс, по-хозяйски разливая чай из термоса по кружкам.

В кухне стало уютно: пахло чабрецом и мёдом, Марта положила ножки на колени любимому человеку и ловила каждый взгляд.

– Я учусь быть реалистом. Не хочу занудствовать, как ты. Просто, видимо, этому нужно учиться.

– У тебя не получится. Смирись сейчас, – Макс всегда доброжелательно относился ко всем проявлениям Мартуши, даже если она могула говорить нечто не совсем приятное.

– Там получится. Уже завтра за порог и всё, – ответила Марта и включила верхний свет, – Ты на меня не в обиде?

– Нет. Правда, нет. Малышка, милая моя славная, давай проживём этот вечер как можно более приятно, – попросил Макс, закрывая глаза и собираясь с силами.

– Последний вечер.

– Ты могла бы стать писателем, всегда подчеркиваешь то, что другие бы опустили.

– Могла бы. Но мне лень. Как твой день прошёл, расскажи?

– Я встретился с ним, всё обговорили. Он сказал, что они проворачивают это не в первый раз, но никогда нет гарантий.

– Пусть завтра кончится всё, я не против, – хмыкнула Мартуша, словно уже давно это решила.

Что делать со временем, когда его так мало? Прощаться? Забыться? Плакать? Вспомнить всё и молчать? Многое уже кажется нелепым или лишним.