По ту сторону неба

Опять оба на пороге чего-то нового, но совершенно нежеланного. Они отдали бы всё, чтобы обняться и остаться в этом мгновении навсегда.

Только в такие моменты, люди начинают настолько ценить прошлое, что все обиды, недомолвки и претензии тают. Казалось, что эти двое никогда не ссорились, не доказывали друг другу свою правоту, не делали ошибок.

В памяти возникали только приятные воспоминания о заботе, любви, нежности, веселье, которые и есть самая главная ценность прожитого времени.

*

В подъезде эхом рассыпались неспешные шаги.

Взрослый худой мужчина в дорогом тёмно-синем костюме-тройке поднимался по лестнице. Словно всем телом он собирал информацию о пространстве. Что-то явно не давало ему покоя.

Сконцентрированный взгляд ощупывал двери квартир.

Он что-то искал.

– Как мы могли это пропустить? Феликс опять закатит мне лекцию про профессионализм и бесконечное бытие, – нотки страдания и отвращения шли из самой души.

В подъезде пахло пылью, на полу валялись газеты с рекламой.

Мужчина остановился на третьем этаже у простой железной двери с кривой табличкой «26» и советской круглой ручкой, которой никогда не будет пора на пенсию.

– Нет, гуманизм не к месту, – сказал он сам себе, шаря по карманам, – Почему я всегда забываю эти ключи? – посетовал он, уперев вопросительный взгляд в потолок.

Махнув рукой, мужчина вынул из кармана пиджака серебряный портсигар с дарственной гравировкой «Всё будет хорошо. Твоя Л.», в котором красовался ряд разноцветных длинных кристаллов.

Самый тонкий, еле жёлтый, с острым концом, вошёл в замочную скважину и дверь тут же отщёлкнулась.

– Вечер добрый, уважаемые, – произнёс мужчина властным громким голосом, медленно входя в квартиру.

*

– Макс, мы с тобой так давно, что могли бы просто молчать, но какой в этом смысл? Я хочу слышать твой голос, – словно случайно признала Марта, доставая маленькую баночку из холодильника, – Последняя горсть осталась. Сегодня всё последнее, – вздохнула она и высыпала содержимое банки в термос.

– Нам хватит до рассвета, – изображая бодрость, ответил Макс.

– Вещи я уже почти собрала. Документы, деньги, зарядки, бук – всё на месте. Крупное заберут утром. А из мелочи всё вроде подъёмное.

– Ты очень красивая.

Марта улыбнулась, старательно стирая грустные нотки с лица.

– Раз уж вечер такой выдался, подай орешки, пожалуйста.

Марта подвинула миску.

– Свечку что ли зажечь?

– Романтики захотелось? – удивился Макс.

– И её тоже.