По ту сторону неба

– Нас здесь только двое, красотка, нельзя упускать такую возможность, – настаивал Гоша, – Ну, мне скучно, пойми, будь милосердна! Мари, я не могу больше!

– Мы тут по делу, забыл? – как же Мари ненавидела дилетантов.

– Мы тут уже неделю по делу сидим, я не могу взаперти так долго, я вольная натура, не могу я без полёта мысли, понимаешь? Сидеть в этой убогой квартире, пока жизнь пролетает мимо, – Гоша закрыл лицо руками и театрально завыл.

– Не ной, – закатывала глаза Мари, она прислушалась, подобно охотнику, выслеживающему добычу, – Мне кажется, или я слышала карканье?

– Мне скучно, – завыл Гоша.

– Хорошо, если я разденусь, ты замолчишь?

За семь дней заточения Мари готова была сделать всё, лишь бы Гоша заткнулся. Она ненавидела запах мятной жвачки, которую он жевал, его голос, его заискивающие взгляды.

– Я стану немым, – пообещал Гоша и закрыл рот воображаемым ключом.

Мари сняла тунику и бельё.

Гоша встал на разложенный диван, вытащил карандаш из-за уха и начал торопливо делать наброски на стене.

Лишь слегка скругляющиеся плечи выдавали напряженные размышления Мари. Она закрыла глаза и ловила каждый звук, как же её раздражало шарканье карандаша по обоям. Её милое лицо совершенно не сочеталось с резкими повадками и отсутствием стеснительности.

– Распусти волосы, пожалуйста, – попросил Гоша.

– Я убью тебя сейчас, – притопнув, сказала нагая Мари и шикнула на Гошку, но пучок фиолетовых волос всё-таки распустила, лишь бы не слышать больше ни слова от него.

*

В небольшой кофейне в центре города за столиком у окна сидели двое мужчин. Любой бы принял этих двоих за партнеров по бизнесу, один держался более расслаблено, другой же старательно скрывал нервозность.

– Феликс, позвони Андрею, отправь ему файл.

– Хорошо, – Феликс кивнул, поправив воротник любимого коричневого пиджака, – Я могу кое о чём попросить?

Михаил развёл руками:

– Если это в моих силах, – в его силах было многое, но бесплатно он ничего никогда не делал, ссылаясь на то, что плохо, когда бес платит.

– Сдержите своё обещание, которое дали Лёле, – Феликсу сложно давалась эта тема.