Чувство жизни

Надорвав обертку, Роэл положил под язык сладкую зеленую таблетку. Мятный вкус наполнил рот.

Фрим о чем-то говорил, Роэл не вслушивался. Головная боль утихала, желудок успокаивался, орбитальная станция обретала четкость. Он устыдился, что сравнил имя такого приятного человека – доктора Дилакса – с названием лекарства. Красивая рыжеволосая женщина, уступив дорогу, подмигнула ему. Судя по нарукавным нашивкам, она занимала должность врача.

Они очутились перед блоком, отрезанным от орбитальной станции ребристым люком.

– Изоляционный барьер, – пояснил Фрим. – Без него орбитальную станцию разорвет. Но не волнуйтесь, гравитационная аномалия совершенно безопасна.

За ребристым люком протянулась труба. Роэл различил мерное гудение, от него сводило зубы. Гедби потерла челюсть.

– Бояться нечего, – обнадежил Фрим. – Просто соблюдайте осторожность.

Труба искажалась – то вытягивалась, то сокращалась; она казалась Роэлу телом червя изнутри. Они преодолели границу гравитационной аномалии. Сила тяжести заметно увеличилась.

Перед ними раскинулась наполненная шорохами туманная оранжерея. С потолка лился рассеянный голубой свет. Решетчатые дорожки протянулись сквозь удивительные заросли подобия полупрозрачных деревьев, словно отлитых из жидкого стекла, обладающих раздвоенными чешуйчатыми стволами и гибкими голыми ветвями.

– С Т4? – осведомилась Гедби.

– Разумеется! – кивнул Фрим. – Кротры. Мы собирали их по крупицам… по зернышку, образно говоря, вы понимаете.

Роэл рассмеялся.

Он упивался резкими, тягучими запахами другого мира, доступными благодаря стараниям доктора Дилакса. Его охватило странное беззаботное веселье.

– Почему вы держите их в гравитационной аномалии? – спросила Гедби.

– Кротры принадлежат Экстратеру, миру Т4 за внутренними пределами гравитационной аномалии, – ответил Фрим. – Существование в обычных условиях для них губительно. Осмотритесь. Кстати, данные по Экстратеру являются собственностью компании. Вы подпишете дополнительный договор о неразглашении.

И постарайтесь особо ничего не трогать.

Гедби неуверенно двинулась между кротрами. Роэл выбрал другую дорожку, чтобы не портить впечатления от внеземной красоты чьим-либо присутствием. Не представляя, перед ним – животные или растения, он не сомневался: привычные определения не опишут кротров. Наклоняющиеся в его сторону стволы наверняка не являлись стволами, а тянущиеся к нему ветви – ветвями.

– Как это называется? – долетел голос Гедби.