Чувство жизни

– Мы называем это верхним отделом туловища, – ответил Фрим. – А это – щупальцами.

– Щупальца без присосок?

– Кротр – не осьминог, если вы заметили, и не имеет с ним ничего общего. Но это и не языки, и не ложноножки. Как, в прочем, и не плавники.

Роэл рассмеялся про себя глупости Гедби,посмевшей осуждать его за прощальную вечернику.

– Особо ничего не трогайте, – напомнил Фрим.

Роэл пренебрег и повторным предупреждением. Его пальцы уже ощупывали треугольные чешуйки, податливые и шероховатые, в покрытом слизью раздвоении верхнего отдела туловища кротра.

Роэл исторг вопль ужаса. Взорвалась боль – руку словно разъедало кислотой. Чешуйки сошлись, разрезая кожу. Из раны брызнула кровь. Кротр начал извиваться, чешуйки чуть разомкнулись, позволяя чавкающей мякоти втянуть добычу по локоть.

Бросившись на помощь, Фрим оцепенел в отдалении, лоб заблестел от испарины, глаза расширились. Он часто дышал, губы неслышно шевелились.

– Фрим, сделайте что-нибудь! – потребовала Гедби.

– Это ЧП. – Фрим не двигался. По лицу пробежала судорога, он усмехнулся. – Это ЧП.

Оттолкнув его, Гедби подскочила к Роэлу. Она схватила чешуйки, пытаясь разжать пасть кротра. Щупальце вонзило мокрый шип ей в запястье. Другое щупальце ударило Роэла шипом под мышку. Он почувствовал мучительное жжение от впрыснутого яда.

– Я просил особо ничего не трогать. – Фрим коснулся пальцем комвокса. – Мёргис, у нас ЧП в оранжерее.

Сквозь дурман яда Роэл чувствовал, как рука растворяется в мякоти кротра. Яд заглушал боль, сил сопротивляться не осталось. Рядом упала Гедби. Донесся приближающийся топот. Обессилив, он повис на кротре.

– Сюда! – позвал Фрим. – Вон они!

Четыре охранника службы безопасности промчались мимо него. Удары тесака отбили сомкнутые окровавленные чешуйки, вставленные в пасть распорки ослабили хватку мякоти. Покрытая пузырящейся жидкостью рука Роэла багровым куском мяса вырвалась из кротра.

– Все будет хорошо, – пообещал Фрим. – Торна позаботится о вас.

Роэл слышал только призрачный звон. Он почти не осознавал, что его, уложив на складные носилки, уносят из оранжереи. Над ним склонилось обрамленное рыжими волосами лицо молодой женщины.

– Глупый мальчишка! – прохрипела Гедби. – Мы никогда себе такого не позволяли!

К Фриму подошел слабоумного вида оператор информационного блока.

– Как вы предупреждали. Есть заслуживающая внимания новость.