СХОДНИК-II

И никто не осмелиться покуситься, поелику главы не сносить! А почему сие – не спрашивай, ибо не отвечу. Секретно задание оное, и спокойнее тебе не ведать о нем!

Ты же, по недомыслию Твердилы, приблизился ко мне вплотную. Вот и опасаются: не выведал ли лишнего! К тому же, прохожу по ведомству внешнего сыска, и нет резона скрытному охотиться за мной. Ведь оба состоят в одной Секретной службе под началом самого вышестоящего.

Главную же причину, по коей ваш внутренний сыск поджидают большие печали, ибо на крючке он, я огласил еще до подлого покушения на твою жизнь, сыскную.

Явно, что для наконечника стрелы назначен именно ты. Видать, суждено тебе! Загодя прими мои соболезнования… Дело – ясное, а неясно лишь, кто направил на тя убивца? Ведь многим будет любезна твоя бездыханность!

– А может, то тайный надзор? Сам ведь ты баял о нем, – предположил Борзята, явно не обрадованный досрочным сочувствием Молчана.

– Не смеши мясных мух! Никогда не оснащается он при выходе на слежку таковой важности луком и тулом, полным стрелами.

Не его ремесло – «мокруха», и не станет совмещать без дополнительных выплат, изрядных! Уверен: отслеживает нас издали, а и не высунется! И на выручку не придет…

– Так кто же направил убивца?

– Без разумения! А подозреваю сразу три службы. Сначала – скрытную, вслед – мою, коя терпеть не может, когда к ее особливо ценным кадрам подползают чуждые, норовя укусить, аки гадюки, насмерть, и понятно, твою.

– Мою? Что несешь-то?! – вскинулся однозначно чуждый, хотя, аще строго по правде, не подползал он к раритетному кадру, дабы изловчиться вонзить в него ядовитые зубья, а до поры таился в ветвях, будто невинная пташка.

Не бая уже, что свиданку под древом ему и назначил сам особливо ценный.

– То и несу, что было вложено в разум мой свыше – от Стрибога! Тем и ценен для многих, еще и уважаем. И не дергайся! Не то накликаешь и вторую стрелу, а не успею я… Рассуди сам. Кому ж еще и прикончить тебя, ежели не собратьям по сыску? Раз Твердила допер, что зазря поддался просьбе скрытников из Секретной службы и вот-вот угодит в заготовленный для него капкан, зачем ты ему живым? Вовсе без надобности!

На бывшего же подчиненного, ставшего мертвяком по приказу начальствующего, легко списать любую собственную промашку, ведь не разоблачит он гнусный поклеп на самого себя.

И впредь – все улики в омут!

Дале давай прикинем, кому он прикажет срочно расправиться с тобой.