Я пришел взорвать мир

 – Меня смешит то, что вы, человек Сильной Линии, по сути, ничем не отличаетесь от меня – Обреченного, случайно обретшего свободу…

– Свободу? – удивленно произнес Рогги Бур и взглянул на Гора, как смотрят на помутившихся рассудком. – Ты заблуждаешься, Мим! У тебя нет ни мизинца свободы. И если ты хочешь, чтобы я доказал это…

– Я свободен хотя бы в том, что могу сделать выбор, обдумывая ваше предложение, – произнес Гор, насмешливо рассматривая Поджигателя. – А вы не властны даже убраться с этой помойки, как сами же и назвали эту планету.

Ведь Сильными всегда правит один лишь Приказ, верно?

– Так что ты выбрал, Мим? – спокойно спросил Поджигатель, но Гор заметил в его зрачках огоньки ненависти.

– Я выбираю… – медленно произнес Гор.

И тихонько соскользнул в туманный Мир образов.

Это детское упражнение Мимов – когда те не могут еще владеть своими эмоциями и телом с тем, чтобы играть настоящие роли. Мир образов – особое текучее состояние, когда Мим еще не нашел свою конкретную роль, но уже покинул состояние обыденности.

Главная достоинство этого упражнения – быстрый и неожиданный переход – словно игра в прятки. Попробуй, ухвати маленького Мима, поймай его на каком-то случайно узнанном образе! Куда там…

Видимо, вместе с ощущением свободы к Гору вернулось и его неистребимая склонность к необдуманным поступкам – то, из-за чего он, по сути, и пострадал. Нельзя было забывать, что его собеседник – умный и хитрый боец – он отлично осведомлен о способностях Мимов. И через секунду Гор убедился в этом.

…Он корчился от боли, лежа на пыльной тротуарной плитке, а над ним, презрительно ухмыляясь, стоял Поджигатель. Теперь в его руках, подсвеченный бледным свечением фонарей, сверкал металл. Солдат Гордей, живший в его теле, прекрасно знал эту штуку: ему не раз приходилось держать в руке точно такой же десантный нож. Только зачем он Поджигателю? У Сильных полно куда более эффективных орудий убийства…

– Я же тебя предупреждал, грязный Мим: оставь свои штучки для простаков! В общем, как я понимаю, мое предложение тебе не по душе.

Что ж, уговаривать я не привык. Может, ты сделаешь еще один выбор: как лучше прикончить тебя – перерезать горло или вспороть твое тухлое брюхо?

Поджигатель ловко перехватил нож лезвием к себе. Он любил такое грубое варварское оружие. Здорово, что на Земле никому из руководства не приходит в голову контролировать соблюдение ханжеских принципов гуманности…

Гор медленно поднялся на ноги.