Сквозь огонь и лёд. Хроника «Ледяного похода»

Глебов захлопнул портсигар и протянул его мужику:

– Вас устроит это за петуха, любезнейший? Или вы будете настаивать на казни прапорщика?

– Казнить за птицу? Девку? Да Бог с вами, ваше благородие. И этой штуки мне вашей не надо. Даром берите.

– Нет, даром нельзя. Главнокомандующий запрещает. Так что? Берёте?

– Беру. Куда деваться? Может, обменяю эту штуку на петуха. Хотя и сомнительно. Петух в хозяйстве нужен.

– Так он же яйца не несёт? – удивилась Софья. – В хозяйстве не очень что б очень нужен.

Все заулыбались, а Боровский спросил:

– Вы поэтому и взяли петуха, Софья Николаевна, что он не несётся?

– Да.

– Так, барышня, – развёл руками мужик, – без петуха по весне цыпляток не будет.

Баронесса покраснела.

– Ничего, – зло сказал сотник Абрамов – надо будет, сам своих курей потопчешь.

Баронесса покраснела ещё больше.

– Давайте без пошлости, сотник, – одёрнул казака Глебов и мужику, – и так, покупка состоялась?

– Да, – с неохотой сказал мужик и взял портсигар.

– Тогда пишите расписку, что за петуха заплачено сполна и претензий не имеете.

– Что не имею?

– Ну, что ты всем доволен.

– Да не всем я доволен. Петуха-то нет.

– Так обменяешь на портсигар, – возмутился Абрамов, – за него ты трёх петухов получишь. Пиши расписку, а не то я тебя шашкой полосну.

– Это вы можете, – недовольно пробурчал мужик и сверкнул злобным взглядом, – чего доброго, а это можете.

– Дайте ему бумагу, Александр Александрович – сказ Глебов.

Мужику дали бумагу и химический карандаш, он сел за стол и, слюнявя грифель, очень медленно с трудом написал расписку печатными буквами.

– Вот и славно, – сказал Боровский, прочитав бумагу, – можете быть свободны.

Мужик, что-то ворча под нос удалился.

– Но господа, – сказал Боровский, – у нас тут суд чести, а не торговля петухами. Прапорщика мы обязаны наказать и доложить о выполнении главнокомандующему армии.

– Но не повесим же мы её, в самом деле, генерал? – сказал полковник Зимин.

Он положил ногу на ногу и качал правой ногой, полуоторванный каблук хлопал по подошве сапога.

– Прекратите вы чертей качать, полковник, – сказал Боровский, – и сделаете что-нибудь со своим каблуком. И предлагайте дело!

– А что я с ним сделаю? Если прапорщику верёвка не пригодиться, то отдайте её мне. Я ею сапог подвяжу.

– Это не поможет, – сказал Абрамов.

– А что поможет?

– Отставить о сапогах, господа! – скомандовал Боровский.