Первый

Маг, морщась, вырезал засохшую кожу из частых ран в области живота. Делать такого по представлениям медицины не стоило. Зарубцевавшиеся раны заново сочились кровью, но Маг не обращал на кровь внимания и продолжал калечить туго обтянутый смуглой кожей торс.

– Давай я, – решилась я.

Он с облегчением запрокинул голову на подушку и протянул мне скользкий скальпель. На дне вытребованного таза лежали сморщенные желтоватые кусочки кожи, похожие на головки для карманных наушников. Большая часть ран располагалась в районе живота, где, как водится, водится большинство жизненно важных органов, но часть ударов скопилась слева у груди, напротив сердца.

Я забрала скальпель, но не стала им пользоваться. Вычистила раны воздухом. Торс Мага был без капли жира. Существу, собиравшемуся развернуться в нём, не хватило бы строительного материала.

– То есть, оно умрёт в тебе?

Взмокшая от испарины голова Мага лежала на плече. Он приоткрыл глаза и кивнул.

– И сколько может потребоваться времени?

Маг пожал плечами.

Я накрыла его грудь марлей, а потом спросила:

– Что если я посмотрю? Разреши мне.

Но он не ответил мне. Он уже спал.

Я проснулась, подняла голову и с удивлением посмотрела на цветы, щедро изображённые на простыни.

Из кухни доносился светский разговор. Я удивилась сильнее, потому что узнала голоса мамы и Мага.

– Нет, спасибо, – сказал Маг, который почему-то не лежал в постели, а сидел на кухне, – я на диете.

– Так скажите, какие продукты вам нельзя, – потребовала мама, – никаких проблем, приготовим, что нужно.

– Ограничение не в продуктах, а в количестве, – легко, любо-дорого послушать, выкручивался Маг. – Много ран в области живота…

Мама прервала гладко складывающееся объяснение, я не услышала, что он собирался сказать дальше.

– И как много ран?

Маг ни на секунду не задумался.

– Сто тридцать девять.

Мама ахнула и, судя по звуку, выронила что-то. Я видела раны собственными глазами, но даже на меня цифра произвела впечатление.

– Нет-нет, не нагибайтесь ни в коем случае… – вслед за прозвучавшими словами, мама нагнулась и поднялась, чуть заметно запыхавшись.