Непростые смертные

Дана завороженно смотрела на загорелое лицо. Друджи уже и не задевало, что девчонки на него не глядят, уже и сам он затруднялся испытывать к ним неотеческие чувства, а Святогорич был старше, правда, дочерей у него не было, а сыновья ускакали на чужбину за славой, успели отхватить себе там земель и послали весточку, что отдаривают их отцу с признанием вечной преданности роду. Старший Святогорич, правда, с места не сорвался. Наследный трон превыше всего и родная земля, какая б ни бедная и суровая, прежде всего родная.

– В следующий раз? – с надеждой произнёс Друджи.

Святогорич неопределённо пожал плечами, не обещая.

– Чего случилось-то?

– Конь сбросил, – буркнул хозяин дома.

– Давай нам эту неразумную скотину, заодно обкатаем, – махнул длиннопалой ладонью гость, – на обратном пути завезём.

– Добро, – вздохнул Друджи, – слуги покажут.

С уходом нежданных посетителей стало ещё тоскливей. Жена заботливо принесла обед, подала ложку с ломтём в руку, пока ел, подпершись кулачком, смотрела в рот.

– Ну, – буркнул Друджи, – какие новости?

Жена знала, что дурное настроение всё от вытянутой на её прядильную скамью ноги, и заговорила благодушно, без обиды. Сам же просил говорить. Когда муж перебил поток сплетен, всунув в руки пустую тарелку, тоже ни мало не обиделась. Кликнула к себе Дану и пошла заниматься каким-то своим делом.

– И не помер никто, – вздохнул Друджи, вытягивая и вторую ногу и сжимая в руке рукоять меча.

– Дана! Принеси мне грамоты из моего сундука! – решил наследник.

Кропотливая и монотонная работа не нравилась Друджи. На месте вообще сиделось трудно, но за два часа он приноровился и убедил себя, что лучше потратить на это нужное дело бездарный день, чем отказываться от охоты в день хороший.

Дверь шибанула по стене.

– Войско идёт! – гаркнул Святогорич, так что во всём кремлинце должны были услышать и вздрогнуть.

Друджи встал. На одну ногу.

– Кто? Куда?!

– Семь сыновей рода Мартина! Сам куда думаешь они движутся?

Друджи побледнел:

– Но я же был прав! Правда на моей стороне!

– Они решили опрокинуть твою правду своей силой, – фыркнул Святогорич, прежде видавший, как принятое на Совете решение, подправлялось за стенами тронного зала превосходящими войсками. – Я на башню, – бросил гость через плечо, не дожидаясь одобрения хозяина.